Tags: дневник писателя

ночной единорог

Лытдыбровое

Какое-то странное настроение. Отдали мне обратно нетбук и сказали, что надо к нему покупать новую батарею, а стоит она - ого-го! Не хило она стоит - как полнетбука, есть о чём поразмыслить. И обязательно было этой электронной сволочи сломаться ПЕРЕД рабочим сезоном, а не после него... Надеюсь, что хоть с фотиком всё будет тип-топ, но это пока неизвестно, хотя обещали к четвергу (уже прошедшему) поставить диагноз. Короче, насчёт техники новости неважнецкие.

Есть ещё неважнецкая новость: на сайте Имхонет с концами исчез мой блог. То есть, просто пропал, и всё. Аккаунт, профиль, переписка - на месте. А блога нет. И нет возможности завести новый. А также появились некоторые технические ограничения. Я пока бочку на ихних админов катить не буду, подожду, ответят ли, но зуб на всякий случай наточу поострее. В любом случае, крайне неприятно выяснить, что твой блог с более, чем тысячью постов и со всеми комментариями, канул в лету... Не ходите, братцы, на Имхонет. Вредный он и противный. В сети есть места поприличнее. И между прочим всеми ругаемый Мэйл рядом с ним белый и пушистый, как зайка.

Ну, а третья новость, вроде как неплохая - вышла вот эта самая книжка - "Подмастерье", которую мы с Бромом сваяли пару лет назад. Мы ещё не видели её, в руках не держали, но надеемся, что скоро доведётся... Постоянные читатели наших с Бромом блогов знают героев этой книги - почти все они с Мэйл.ру. Когда будет что-то известно подробнее, мы сообщим.

Зимний единорог

С печалью о классиках

В юности все, наверное, хотят чего-то, что люди зрелые воспринимают как головную боль. Мне, к примеру, хотелось стать известным писателем. Шансы для этого были. Не знаю уж, насколько приличные, но были, однако, пришлось совершить выбор между литературой и семьёй. Сейчас есть возможность писать, иногда публиковаться, и уж что было невероятно во времена моей молодости - иметь читателей в сети. Даже лауреатом одной из премий стать угораздило - приятно, школьники писали по моим рассказам сочинения... Таким образом, можно сказать, что появилась возможность реализовать себя. Не наверстать упущенное, но хоть что-то... И я думаю теперь, что слава Богу, чаша сия миновала, ведь всеобщая грамотность + толерантность = каждая кухарка имеет право плюнуть в писателя. А классиков, известных писателей и поэтов становится просто жалко. Они не представляли себе такой вещи, как интернет и того, кто будет их читать и критиковать, пороча на весь мир...
Единорог под душем

Хорошо, когда такое только снится







В одном моём старом рассказе с длинным названием "ДНЕВНИК Алексея Клеверова, ученика 6-б класса 206 средней школы г.Ленинграда", использованы некоторые мои ранние стихи (они у меня тогда неплохо получались). Одно из стихотворений было без рифмы, оно написалось во сне, вместе со строчкой "мне приснилось в бреду...", в таком виде оно и вошло в рассказ. (А благодаря этому рассказу я, кстати, стала лауреатом премии педагогического признания "Добрая лира". И думаю сейчас, не стоит ли написать к нему продолжение? Типо 30 лет спустя...) Кстати, вот сам стих:

Мне приснилось в бреду: война.
На войне с обеих сторон поставили пушки.
А на пушки вскарабкались всегда любопытные дети,
И детей никто не прогнал,
Ведь это так редко бывает, что одна пушка попадает в другую.
Но когда первая, все-таки, выстрелила,
Она попала в пушку, стоящую далеко-далеко,
А на ней сидел маленький мальчик
И смотрел как в него стреляют.
И он мертвым свалился на землю.
И это было очень легко:
Взял да упал.
И почему-то даже не было крови.
И странно: все пушки стреляли,
И все попадали в детей, не правда ли, странно?
А дети смотрели как их убивают,
И не боялись, а просто брали и падали,
И даже не успевали вскрикнуть.
И сон этот мне так долго-долго снился.
Он длился час, а может быть, целую вечность,
Пока не упал на землю самый последний ребенок,
И не было больше детей,
И взрослые, стоящие у пушек,
С недоумением оглядывали друг друга:
Какую, мол, глупость мы сделали.
А мне снилось, что все мертвые дети
С укоризной глядят на меня.
Пегас

3 рассказа - варианты развития райских событий

Пару недель назад мы с Игорем Мараниным и Сергеем Ерёминым уединились в интимной обстановке на Прозе.Ру в комментариях к ерёминскому рассказу "Эволюция в Книге Бытия. Вариант событий" и кое-о-чём договорились... О чём? Об этом вы можете узнать здесь. Результатом нашей договорённости стали три рассказа, объединённых общей тематикой: вариант развития событий, происходящих с людьми, если бы запретный плод вкусили не Адам с Евой, а кто-либо из их потомков. Кодовое название нашего творческого эксперимента "Ангелы и бесы". Вас это заинтересовало? Тогда читайте:

Игорь Маранин. "...и тогда снег покрыл виноградники"

Сергей Ерёмин. Ангелы, бесы, люди

Оксана Аболина. Боец Великого Похода
Зимний единорог

Вопросы бизнес-идиотки о копирайте

Меня, как и всех выходящих в сеть граждан (говорят, питерцы обогнали Москву и нас уже 59%), не могут не беспокоить проблемы копирайтинга. С одной стороны, неприятно, когда обнаруживаешь своё произведение под чужим именем (со мной такого пока не случалось, но Бромкины стихи не раз находились в чужих блогах без указания авторства. С другой стороны, заставь дурака молиться копирайтингу, он и лоб расшибёт. Не верите? Порадуйтесь этой ссылке!

Я вообще в бизнесе (как и во многих других вещах) полная идиотка. Короче, может быть, кто умный объяснит, почему я должна отчислять за свой принтер господину Михалкову и его кампании 1% его стоимости (принтера, а не Михалкова)? Я не печатаю на нём чужие книжки, ибо у меня есть читалка - премия за "Добрую Лиру", а переводить бумагу на чужое творчество - в тех объёмах, что я читаю - это для меня дорогое удовольствие. Кроме того, я редко читаю современных авторов, большинство из них давно перешагнуло 80-летний рубеж со дня смерти, после чего произведения считаются свободными от копирайтинга. Короче, принтер мне нужен ИСКЛЮЧИТЕЛЬНО для работы со своим творчеством. Ну, вот кто-нибудь объясните мне, почему за МОИ ПРОИЗВЕДЕНИЯ с моей техники процент отчисляется Михалкову? И как не стыдно богатому дяде грабить нищего писателя?

Вчера в новостях написали, что РАО запустило свою мохнатую лапу уже и в мобильники. Мобильный я использую только для того, чтобы убедиться, что киндыр, который обещал придти домой в 14 часов, а отсутствует в 24, не попал под машину и вообще жив. Ну вот объясните мне, бестолковой, почему опять-таки процент за мои расшатанные нервы должен идти не министерству здравоохранения (что более логично), а опять-таки РАО?

Иногда я думаю, что, может, и неплохо быть бедным писателем (хотя мой желудок так не считает). Ибо понимаешь, что будь у тебя во всём успех, жадность могла бы тебя заставить стать жопой (ни о ком конкретно, кроме самой себя, просто мысли вслух), а жопой себя чувствовать очень не хочется...

ЗЫ. Мне вообще одного процента от принтера не жалко. В общем, мне всё равно, кому он пойдёт. Но интересно знать, как будут распределяться вырученные средства среди авторов? Кто вообще автором считается, а кто нет? Если в сетевых библиотеках меня неплохо скачивают, то вспомнит ли РАО о моей скромной персоне (я же предупреждала, что я бизнес-идиотка, так что не цепляйтесь)? Может, хоть на шоколадку, а?

ЗЗЫ. И ещё подскажите, плииз: если я плачу свой кровный процент за болванку, то я имею право записывать на неё всё лицензионное (ещё раз напоминаю о своих умственных способностях)?
Единорог под душем

Мемуар про "Подмастерье" (10)

1 часть, 2 часть, 3 часть, 4 часть, 5 часть, 6 часть , 7 часть, 8 часть и 9 часть.

Вообще-то тут наступает очередь Маранина писать свои части мемуара, ибо моё участие в работе над дорогой в Звенигород выражалось только в страшной ругани. "Это никуда не годится!"- зверски вопила я и, счастье Брома, что Новосибирск далеко от Питера, а то бы ему пришлось безвременно полысеть. Поскольку его грешной головы под рукой не было, я рвала космы из своей шевелюры. Думаете, я такой изверг? Сама ведь разрешила писать, что придётся. Однако, было раз и навсегда чётко оговорено, что чечухов Ерёмин и Подосинкина встретят никак не раньше, чем у местечка со страшным наименованием Ямщина, а это почти полдороги. А что Бром? У Брома чечухи паслись прямо на свалке. Это были не трехскладчатые существа, как они потом у него получились, это вообще было чёрти что и сбоку бантик. Мало того, что они встретились, когда не надо - прямо у выхода из города, так ещё Ерёмин перетрусил и ушёл обратно под купол. Ну, куда это годится? Ерёмин у нас, конечно, должен был быть лопушком и неучем, но никак не рохлей и трусом.

Вторая попытка Брома наваять выход из города была немного удачнее, но всё равно угодила в топку. Не помню уж, что там было не то и не так, но больше всего меня возмутило, что оказались перебиты все взятые в дорогу яйца, которые путники должны были отведать у костра (иначе, как потом можно было заставить Сергея опростоволоситься с ними? кстати, придумка с яичным деревом - это Бромкина заслуга).

А вот с третьего раза получилось сразу то, что надо, и затем, почти без переделок, пошло до самого Звенигорода. Нет, конечно, Брому влетало (как без этого?), но уже по мелочам, типо зачем дал мельнику Стасу фамилию Флетчев? Единственное, что я проглядела, что Бром-таки упрямо настоял на своём и переделал Ямщину в Овражину. Что, считаю, неправильно, ибо Ямщина - звучит и зловещей, и мистичней.

В самом деле, я всегда много ворчу на Брома, даже когда получается почти идеально, ибо он любит расслабляться и следовать за сюжетом, как оно само выходит, а я всегда стараюсь видеть всю картину в целом и для меня важно знать с момента появления каждого нового изгиба фабулы, как это будет связано с дальнейшим повествованием. Короче, я стратег, а Бром - тактик. Некоторые вещи он делает гораздо лучше, чем я, а к некоторым его не стоит близко подпускать.

Заключительным аккордом стало появление во второй части "Подмастерья" бабы Риты, к которой Бром притащил уставших путников. В тот момент, когда он дописывал этот фрагмент, я уже вовсю работала над третьей частью, но об этом в следующий раз...

продолжение следует...

ночной единорог

Мемуар про "Подмастерье" (9)

1 часть, 2 часть, 3 часть, 4 часть, 5 часть, 6 часть , 7 часть и 8 часть.

Давненько я выкладывала последнюю часть мемуара про "Подмастерье". Впрочем, его мало кто читает. Даже прототип главного героя Сергей Ерёмин до нее не добрался. Он вообще глубоко погрузился в реал и его подолгу не видно в блогах. Хоть пиши продолжение к "Подмастерью", чтобы удержать его за фалды. Но писать зимой крупные вещи - нет, от этого увольте, это ужасно. Попросту негде, ибо дома я писать не могу, на кафе нет денег, а на природе - зябко. Так что самой крупной зимней вещью могут быть только мемуары, которые с какого хочешь конца врать ваять, с такого и врёшь ваяешь. На чем мы, кстати, в прошлый раз закончили?

Правильно, Бром начал работать надо второй частью, вставив в нее ни к селу, ни к городу (в прямом смысле этих слов) Вовкуа я занялась интенсивным гусеводством.

Проходит пара дней. За это время я глубоко погрузилась в фермерское хозяйство, обзавелась в нём погонялом, и стала теребить Брома, чтобы он писал побыстрее. А то ведь у меня память какая? Сегодня я помню, что гусей ощипывают два раза за год, а завтра уже забуду, сегодня помню, что им в специальную кормушку кидают гальку, а как деликатес выдают мелко рубленных лягушек, а завтра для меня это открытие, сегодня помню, что у гусей повышенный метаболизм, поэтому в птичнике всегда должен быть свежий воздух (но никаких сквозняков!), а завтра попробуйте меня в этом убедить.

В общем, загоняла я Брома до того, что он решил мне показать не всю написанную вторую часть, которая шла у него сначала медленно, а кусочек ее - переход через свалку. Тут надо немного отойти в сторону от основного моего повествования и поведать вам о том, как появились на свет чечухи.

Мы сразу знали, что у нас будут мутанты - раз есть общество в городах, значит, должно оставаться и общество за пределами городов. Более свободное. Люди под куполами о нем не знают - не та информация, которой с ними делятся высшие звенья. Однако, будь это свободное общество более привлекательным, слухи о нем неизбежно просочились бы в город. А так - это козырная карта у власть имущих. Если люди под куполами задумают выйти из города, им расскажут о том, какой страшный и кровожадный мир вокруг. И люди там тоже страшные. Вообще-то они у нас не задумывались такими трехскладчатыми чудовищами, какими их описал Бром. Мутация в его версии зашла слишком далеко. Кстати, от слова "мутант" мы решили сразу же отказаться, чтобы не повторять сотни фантастических произведений. Мутантов следовало как-то обозвать. И слово это должно было возникнуть в естественной языковой среде горожан. Вот маргиналов горожане назвали "иззвенами" - слово немного формальное, но все-таки русское, строящееся по принципу "изгоя", имеющее презрительный оттенок. Горожане о мутантах не знают, но с ними то и дело сталкиваются иззвены. Иззвены относятся к мутантам с гораздо большим презрением, чем к ним самим горожане, они испытывают к ним отвращение. Ведь мутанты - это люди, которые слишком сильно не похожи на людей. Определенные штампы впечатались в подсознание каждого жителя города, даже если он не похож на других. Поэтому и слово, обозначающее мутантов, должно быть презрительным, ругательным, и совершенно неформализованным. И мы с Бромом засели за словари ругательств (ох, который раз нам приходится это делать, в Хокку заката, хокку рассвета был персонаж, который должен был страшно ругаться, тогда вот мы тоже попотели с этими словарями). Из уже существующих нынешних ругательств мы пытались создать производные, но ничего толкового из этого не получалось. И когда мы уже прошли почти через весь алфавит и добрались до буквы "ч", тут наступило озарение. Слово "чечух" было избрано за определение мутантов. Правда, Бром почему-то переделал его в несклоняемое "чечухе" и всё время так и писал. Чуть не до самого конца повести. Я правила, а он опять за свое... И мы с ним постоянно из-за этого ругались. Потому что "чечухе" - это не русское слово, оно никак не могло появиться в России, а вот "чечух"... добавь к нему любой эпитет и выйдет оскорбительно.

продолжение следует...

Пегас

Мемуар про "Подмастерье" (8)

1 часть, 2 часть, 3 часть, 4 часть, 5 часть, 6 часть и 7 часть.

Брому я сказала, что он может писать, что хочет, важно, чтобы Ерёмин и Соня на рассвете покинули Москву, а поздно вечером добрались до Звенигорода. Почему не до монастыря? Во-первых, до монастыря далеко, а им и так предстояло пройти будь здоров, как много. А во-вторых, именно у монастыря Подосинкина должна была произнести свою коронную фразу "Из Свято-Сторожевского монастыря раздавалось глухое молчание". Разве могла я её кому доверить, даже хоть бы и Брому? Он бы всё испортил. Поэтому Игорь взялся за свободное изложение приключений от Москвы до Звенигорода. Он мог фантазировать, сколько ему в голову влезет, единственное, что герои должны были встретиться и поконфликтовать с местными мутантами, но назвать их следовало как-нить поинтереснее, чем просто "мутанты", плюс еще надо было, чтобы они искали грибы и таким образом всплыла бы фамилия Сони, плюс еще надо было на привале позавтракать сваренными вкрутую яйцами (чтобы впоследствии на ферме Ерёмин честно опростоволосился), плюс они должны были пройти первые три км в намордниках, ибо город окружала свалка, плюс рассказать как Соня стала иззвенкой, плюс они должны были зайти на мельницу, плюс... думаете, я всё упомню? У меня была записана для памяти на маленьких листочках целая гора мелочей, и все они прицеплены к писательской пробковой доске, о которой речь уже шла в предыдущих постах мемуара. Короче, получив все цу, Бром занялся второй частью. А я в это время вооружилась интернетом и стала изучать гусеводство, потому как в последний раз гуся в естественных условиях, а не в зоопарке или кастрюле, видела аккурат 42 года тому назад. То есть, это не совсем правда, если верить фотографиям, то я их видела и во время студенческой практики, но там я их совершенно не помню, так что это не считается. Кроме того, это все равно было очень и очень давно.

В конце первого Бромкиного рабочего дня я попросила его показать, куда завела его богатая поэтическая фантазия. Надо сказать, не очень далеко, фантазия его в первый день не вывела даже из города, потому что Еремин и Соня неожиданно для всех, и для авторов в том числе, встретили Вовку. Вовка дал Соне неоткрываемую загадочную шкатулку, которую мог открыть только Мастер. Зачем он это сделал, если он шел в сторону Мастера, а Соня и Еремин теперь должны были его увидеть чёрти знает когда, Бром объяснить не сумел. Что хранится в шкатулке, он тоже не знал. Только говорил, что придёт время, тогда узнаем. Всё мое композиционное предвидение против этого возмутилось. "Нееееет, ты объясни, на кой хрен нам Вовка, для чего шкатулка и что мы с ними будем делать в будущем? - сердито вопила я. - Мы сейчас скатимся в капустник, и ни хрена не выйдет!" - "Ну, уберем Вовку", - умиротворяюще говорил Бром. - "Дык куда уберем? Хорошо получился, заразо! Но со шкатулкой давай придумывай, что там хранится, нужное на ферме и не приплетай сюда Мастера, а то всё шиворот-навыворот получается", - продолжала ругаться я. И Бром оставил Вовку, а в шкатулку положил семена. Ну, и сделал ее без механизма, а открываемой легко и просто. Я, конечно, продолжала ворчать, ибо в шкатулке можно хранить, что угодно, но мало кому придет в голову складывать в нее семена, но в конце концов, я смирилась. "Ладно, ваяй дальше, - милостиво разрешила я. - Пиши, что хочешь, но только в рамках сюжета и не вводи лишних персонажей, которые нам потом не понадобятся. Это композиционно неоправданно".

И Бром стал писать дальше, а я продолжила изучение гусеводства, а попутно искала средневековые способы изготовления пергамента, бумаги и чернил.

продолжение следует...

Пегас

Мемуар про "Подмастерье" (7)

А я уже начинаю подзабывать, как мы с Бромом писали "Подмастерье". Надо поторопиться с продолжением мемуара. Кто не читал начало, оно здесь:
1 часть, 2 часть, 3 часть, 4 часть, 5 часть и 6 часть.

Маршрут: Москва-Звенигород.
Когда я заканчивала первую часть повести, я уже представляла себе канву последующих событий. Но оказалось, что начало (события в городе) заняло не две страницы, как предполагалось, а в десять раз больше - увы, коротко писать я разучилась. Мысль о том, что теперь предстоит писать дорогу к скиту, а затем еще и события на ферме, навевала на меня ипохондрию. Я вовсе не собиралась посвятить этой незначительной вещи целый месяц, а всё шло именно к этому. Тогда я проявила хитрость и предложила Брому поучаствовать в проекте - написать дорогу к Звенигороду. Хотя бы для начала, а там сообразим кто что будет ваять дальше.

Почему именно к Звенигороду? Потому что рядом с ним находится Саввино-Сторожевский монастырь. Мы еще ни сном, ни духом не ведали, что будем писать о преподобном Савве, но монастырь этот был избран не случайно. Виной тому стала Подосинкина. Как-то раз она обещала кое-что для меня узнать в издательстве при этом монастыре, но там упорно молчали. И на очередной мой вопрос Подосинкина ответила: "Из Саввино-Сторожевского монастыря раздавалось глухое молчание". Эта фраза понравилась мне настолько, что я решила включить ее в повесть. Ради нее ферма была перенесена под Звенигород, и если бы монастырь не был так велик для шестерых, то скорее всего, действие происходило бы именно в нём. А так - пришлось отправить героев в скит, находящийся неподалёку от монастыря.

Вооружившись Яндекс-картой, я целый час изучала маршруты, по которым Ерёмин мог добраться от западного края Москвы до Звенигорода. Маршрут мог оказаться короче, но мне понравились некоторые топографические наименования, которые я решила в него включить. Жаворонки, Ямщина, Большие Вяземы. Красиво так звучало для первого путешествия Ерёмина в незнакомый ему мир. Получалось, что Ерёмин и Соня должны пройти около 80 км. Если выйти засветло и идти со скоростью 6 км/час, то вполне можно было успеть обернуться за 13-14 часов. Пару часов на привалы и приключения - и к ночи они вполне могли дойти до окрестностей Звенигорода. Сложно, конечно, но вполне реально.

Пока я продумывала маршрут, Бром прочитал первую часть "Подмастерья", которое тогда еще имело рабочее наименование "Рассказ про Гусиное Перо". И услышав, что можно писать любые приключения, какие только влезут, лишь бы Сергей и Соня к ночи добрались до места - гуляй, не хочу - он не очень уверенно согласился...

А что было дальше - в следующий раз.

продолжение следует...