unico_unicornio (unico_unicornio) wrote,
unico_unicornio
unico_unicornio

ХЗХР 22-24


Оксана Аболина, Игорь Маранин


Хокку заката, хокку рассвета



1-3; 4-6; 7-9; 10-12; 13-15; 16-18; 19-21


22


Мертвая кукушка
летит на восток,
возвращаясь к началу



Наша цивилизация заканчивается, ей осталось совсем немного. Завоеватели уйдут в небытие, оставляя за собой выжженную землю, выкачанные недра и пустой офф-лайн.
Появление – рост – надлом – распад.
Путь любой цивилизации.
Завоеватели – это мы.

Мы выточили из камня наконечники копий, приручили лошадей и отправились завоевывать мир. Когда это было? Лошади упоминаются в Книге Бытия, на них менял зерно Иосиф, когда заведовал зерном в Египте. Мы успели дотянуться до ближайших планет, а потом ветка цивилизации треснула и надломилась.

Очень трудно разрушить Вавилонскую башню в своей душе. Мы погибнем под обломками небоскребов, не выдержавших высоты.

Но сквозь руины нашей цивилизации прорастет новая. Для которой мы – далекое прошлое, неизвестное и страшное. Мертвая кукушка летит на восток, возвращаясь к началу.

Большой город уже болен. Он увешан амулетами охранных колец, отделен ими от мира, словно карантинной зоной от бушующей вокруг чумы, но все зря. Город не знает, что чума не вне, она – внутри. На коже его кварталов вздуваются темными прыщами пустые обесточенные здания, сосуды улиц забиты тромбами остановившегося транспорта, а совсем рядом – прямо под ним – постелена заброшенная труба, по которой когда-нибудь в него ворвутся полчища гуннов.

Пока там пусто.

И очень тихо.

Капает вода и тяжело дышит Вэнь Шу, секретарь Желтопузого, волоча крупное тело своего босса впереди меня. Мы попали в трубу через лифтовую шахту, устроенную рядом с их кабинетом. Миновали два нижних этажа, прошли по круто изгибающемуся переходу и вынырнули на бывшей станции метрополитена. Метро, как говорили во времена моих родителей. Подземка, как говорили в моем детстве. Труба, как говорят сейчас. Вэнь Шу устал. Он все чаще останавливается, бросает на меня быстрые взгляды, отдыхает, но все же тащит свою ношу дальше. Его мучает страх, что я веду их в могилу.

Коммуникатор с картой то ловит спутниковый сигнал, то теряет его, а времени до разговора с Ягуаром все меньше. Не успеваю… Сейчас доберемся до следующей станции и нужно делать привал. Желтопузый уже подает признаки жизни, скоро он очнется с больной головой, и придется делать выбор. Или убить, или…

Вот и станция. Тяжелые металлические буквы названия все еще висят на стене, но слово уже ничего не весит. Станция имени Клары Цеткин. Имени женщины, которую не помнит никто. Я в том числе.
-Стой, - говорю я.
Китаец послушно останавливается, опуская босса на пол. Они в пяти шагах от меня, на краю платформы, удобное место для стрельбы. Усаживаюсь на остов скамьи, смотрю на коммуникатор – связь есть. Это хорошо.
- Садись, - приказываю Вэнь Шу. – На край платформы, спиной ко мне. Спрыгнешь вниз, стреляю без предупреждения. Ясно?
Голос не дрожит, и он послушно кивает – боится.

Желтопузый ворочается на каменном полу, еще без сознания – у меня пара минут, не больше. Нужно попросить Ягуара выйти в сеть позднее. Сможет ли? Но сначала небольшое задание секретарше. Желтопузый садится, непонимающе смотрит по сторонам. Сейчас-сейчас… Так, сообщение ушло, теперь Ягуару…вот же черт! Сигнал спутника неожиданно пропал и ком вывалился в оффлайн.

- Где мы? – голос у Желтопузого глухой, севший.
- В аду, - также глухо отвечаю я и вижу, что он заметил пистолет.- Садись рядом со своим дружком. Спиной ко мне. А теперь говори, куда увели моего человека?
- Его держат на квартире, - отвечает Желтопузый. – Переулок…нет, не помню названия. Возле последнего театра. Может быть, мы…
- Замолчи.
Китаец послушно смолкает. Я проверяю связь – ага, снова есть. Проецирую поверхность на трубу, последний театр прямо над соседней станцией. Это хорошо. Похоже, у них есть выход в трубу и оттуда. Кажется, они вовсю используют трубу для перемещения людей, а может, и грузов... Контрабанда. Наверняка здесь ходят контрабандные караваны, иначе откуда ее столько в городе?
- Как связаться с твоими людьми? Адрес, пароль.
- Но, уважаемый…
- Адрес, пароль! – срываюсь я, мои нервы на пределе.
Вэнь Шу дергается как от удара. А он оказывается, трус. Желтопузый реагирует спокойнее, но адрес все же называет. Пока есть сигнал связываюсь с его людьми и приказываю доставить дикого на соседнюю платформу.

Набираю сообщение Ягуару
«Задерживаюсь. Если не выйду сегодня на связь, загляни в общий мир»
Общий мир мы создали с ним полгода назад. Хранилище нашей переписки, электронных книг, полезных программ… Всего того, что удалось отыскать, рыская по Изнанке Сети.

Фантасты прошлого любили конструировать Мир после катастрофы. Ядерной войны, столкновения с кометой, резкого изменения климата… Но никто из них не подумал, каким станет после катастрофы Мир виртуальный. Когда рухнут миллионы мощных серверов, перестанут работать старые языки программирования, произойдет раскодировка подавляющего большинства сохранившихся сайтов, а их Зеркала окажутся на Изнанке, в новой виртуальной реальности. Искореженном информационном пространстве, где бушуют самозарождающиеся вирусы и куда отправляются «новые сталкеры» за старинными сетевыми артефактами. Иногда сталкеры отыскивали относительно безопасные места, которые продавали под строительство миров. Эти миры были вне цензуры и вне закона, там царила свобода. Несколько лет назад и я приобрел пару таких мест, в одно из которых пригласил Ягуара.

На экране мигает сообщение. Дикого привели, просят дальнейших инструкций. С помощью Желтопузого приказываю оставить связанным и уйти. Не убивать. Вернуться на поверхность.
Вэнь Шу трясет все больше. Похоже у него истерика. Свертываю коммуникатор, беру пистолет со скамьи.
- Ну что с вами делать? – спрашиваю я.
Секретарь не выдерживает, вскакивает. Трясется, полусогнувшись на краю платформы и начинает быстро-быстро говорить:
- Я знаю вазный сведения, господин. Очень вазный, меня нельзя убивать. Я показу, где хозяин плячет больную зену. Очень больная, ей пола в хоспис. Больные это плохо, господин. Они опьедают всех нас. У хозяина с зеной тлое детей, господин. Я знаю, много детей тозе плохо. Я указу, я знаю адлес….
Я смотрю на Желтопузого, думая, что он сейчас вскочит и бросится на своего секретаря, но, видимо, раскрытая тайна окончательно ломает китайца. Он сидит ко мне спиной, неподвижно и беззвучно.
Мне жалко его жену.
И детей.
И даже самого Желтопузого.
Я с удивлением прислушиваюсь к себе. Да, мне жалко их.
- Много детей плохо, господин! – лопочет Вэнь Шу.
А я встаю, подхожу к платформе, спрыгиваю на ржавые рельсы и молча ухожу в тоннель.
Вэнь Шу мне тоже жалко. И это открытие удивляет меня еще больше.

Мертвая кукушка
летит на восток,
возвращаясь к началу






23

</td>



Лорд. Извини, что задержался, я на связи.

Ягуар. Ерунда, у меня времени много, часа два точно есть. Ничего серьезного не случилось? А то у нас тут целый день стреляют: утром, сейчас опять начали.

Лорд.  Я тоже утром выстрел слышал. Сейчас не знаю, я из подземки пишу.

Ягуар. Из подземки? Это что за место? Под землей?

Лорд.  У вас в городе труба есть? Раньше ее подземкой называли, а еще раньше метро.

Ягуар. Я понял. ты тоже, что ли, в крупном городе?

Лорд.  Ага, в Большом.

Ягуар. А в каком районе?

Лорд.  В центре… слушай, у меня к тебе важный разговор

Ягуар. Постой, а что ты делаешь в трубе? ты во что-то влип?

Лорд.  Не волнуйся, все в порядке.

Ягуар. Ты уверен?

Лорд.  Абсолютно.

Ягуар. Мне утром показалось, что с тобой что-то случилось или случится. Я весь день думаю об этом.

Лорд.  Зря тревожишься.

Ягуар. Ты внутри периметра?

Лорд.  Да, а что?

Ягуар. Да поговаривают, что во внешнем городе черти что творится.

(*пауза*)

Лорд.  Я узнаю. Думаю, ничего страшного. Кстати… Есть у меня мысль. Ты насколько привязан к Большому городу?

Ягуар. В смысле? Я здесь родился, живу, работаю. И умру, вероятно, тоже здесь. Если я отсюда уеду, мне не видать социальной карты как своих ушей. Да и жилье сразу отнимут.

Лорд.  А семья?

Ягуар. Нет у меня семьи.

(*пауза*)

Лорд.  Я давно собирался предложить тебе… В общем, есть возможность нам обоим выбраться отсюда… Ягуар, тут скоро очень плохо будет. Гораздо хуже, чем сейчас. Нужно цепляться за любой шанс, пока не поздно. Зубами. А у нас с тобой есть такой шанс, понимаешь? Всё бросить и начать заново. Там, где нет Большого города, Оруэлла, хосписов, правительства этого гребанного. Даже китайцев и то почти нет.

Ягуар. Это где, в тундре что ли?

Лорд.  Это в Новой Зеландии.

(*пауза*)

Лорд.  Ты на связи?

(*пауза*)

Ягуар. Ты не боишься мне это рассказывать?

Лорд.  С чего я должен тебя бояться? Ты мне как сын.

Ягуар. А сколько тебе?

Лорд (*пауза*). Ну я еще не старик, нам будет о чем поговорить долгими вечерами.

Ягуар. Кхе! под настоящим звездным небом!

Лорд.  Боюсь, слухи о том, что звезды где-то видны, преувеличены. Когда произошел большой антарктический взрыв, земная ось сместилась, орбита съехала, в общем, долго объяснять, но следует радоваться, что мы вообще живы после той петрушки. Видим солнце и луну, хоть и блекло – словно сквозь мутное стекло.

Ягуар. Откуда ты все знаешь?

Лорд.  Я много чего знаю. Так ты согласен?

Ягуар. Когда?

Лорд.  Что когда?

Ягуар. Когда ехать?

Лорд.  Сейчас я сброшу пароль в Общий мир. Это ключ к кошельку на твое имя в Первом сетевом банке. Имя – твой ник капслоком. Под паролем пара адресов, по ним тебе документы сделают и помогут переправиться. Только осторожней. Не высовывайся раньше времени. Будет обидно именно сейчас куда-нибудь вляпаться.

Ягуар. А ты?

Лорд.  Вместе нельзя, поедем по одиночке. Мне придется чуть не кругосветкой плыть. Связи не будет, так что рассчитывать тебе придется только на себя. Встретимся уже на месте. Ну как? По рукам?

Ягуар. По рукам.

Лорд.  Ты понимаешь, что никому ничего?

Ягуар. Что я – совсем дурак?

Лорд.  Ну что, успокоился?

Ягуар. Еще как! Я-то думал… Я тут с ума сходил…

Лорд.  Все в порядке (улыбающийся смайл)

Ягуар. Я не мог надеяться, что когда-нибудь смогу увидеть тебя живьем. Ох, каких мы с тобой хокку насочиняем! (*пауза*) Только…

Лорд.  Что – только?

Ягуар. Понимаешь, я не совсем уж такой человек, какого ты, возможно, ожидаешь увидеть. Тебе со мной будет непросто.

Лорд.  Взаимно.

Ягуар. У меня тяжелый характер.

Лорд.  Не думаю, что у меня лучше.

Ягуар. И еще (*пауза*) мне кажется, я схожу с ума.

Лорд.  Как это?

Ягуар. Ну, например, я часто думаю о себе в третьем лице. Иногда часть меня как бы отделяется и смотрит на меня со стороны. И разговаривает со мной, как будто это не часть меня....очень сложно объяснить...

Лорд.  Ты слышишь голос? Как будто со стороны?

Ягуар. Нет, в самом себе.

Лорд.  Это нестрашно. Это случается, атавизм такой. Раньше это называлось голосом совести.

Ягуар. Точно не страшно?

Лорд.  Абсолютно.

Ягуар. Успокоил… (*пауза*)

Лорд.  Что-то еще?

Ягуар. Я считаю трещины на асфальте. Когда они складываются крестом. Я ненавижу кресты. Я их боюсь.

Лорд (*пауза*). Крест – символ Христианства.

Ягуар. Что это?

Лорд.  Религия. Вера. Убеждения. Был когда-то такой человек – Иисус Христос. Некоторые считали, что он был Богом. Потом его распяли на кресте – на деревянном столбе в виде креста, был такой вид казни. Я плохо знаю эту историю, но слышал, что он взял на себя все грехи человечества, умер, а затем воскрес. Те, кто верил ему, носили на своей шее кресты.

Ягуар. Что значит взял все грехи?

Лорд.  Это значит, что каждый, кто пойдет за Богом – пойдет Его крестным путем. И будет спасен. Мне так рассказывали. Точнее, вряд ли кто знает.

Ягуар. Сказки.

Лорд.  Может быть…

Ягуар. А кресты и сейчас носят.

Лорд.  Я о таком не слышал.

Ягуар. Точно знаю.

Лорд.  Удивительно. Последние христиане ушли из Большого города лет сто назад. Правда, они собирались вернуться. Иногда находили склады продуктов, устроенные на случай возвращения. Но они не вернулись.

Ягуар. А электричество?

Лорд.  Что электричество?

Ягуар. Я знаю про один такой тайник. Там работает электричество и вода. Хотя там никого не было очень давно.

Лорд.  Понятия не имею. Возможно, у них были свои люди на станциях, где отключают воду и энергию. Возможно, они как-то сумели обмануть систему…

Ягуар. За одно это их стоило бы уважать… О черт, опять стреляют.

Лорд.  Ладно, мне пора. Мы с тобой обо всем договорились, Ягуар. Ты как можно скорее приезжаешь в Новую Зеландию.

Ягуар. Да, конечно.

Лорд.  Мы там наговоримся обо все. А теперь прощай. И знай, что ты мне очень дорог.

Ягуар. О Земля и Небо, ты чего?

Лорд.  Все в порядке. Я буду в Новой Зеландии максимум дней через десять. Там наговоримся обо всем…

Ягуар. Невероятно все-таки…. До встречи, мой лорд!

Лорд.  Пока (*отбой*)





24

Пепел со звезд,
что погасли вчера
оседает на крыльях.





Волна ударилась о берег и растеклась по нему, нежно вылизывая песок. Начинался прилив, и с моря подул прохладный осенний ветерок, взбивая на волнах белую пену.
Недовольно ворча, Ягуар вышел из воды и со злостью отшвырнул доску.

Я оторвал взгляд от книги, посмотрел в его сторону и усмехнулся. Серфинг никак ему не давался. Но Ягуар упрямый, он сможет. Научился же он управлять яхтой.

- Что читаешь? – подойдя, спросил он.
- «Историю Новой Зеландии», - ответил я и с гордостью добавил. – Почти без словаря.
- Интересно?


Я снял очки и положил их рядом с книгой. В последнее время у меня стало падать зрение. Ягуар уговаривал сделать операцию, но я не хотел. Отыскал в Окленде мастера, который изготавливал по старинной технологии линзы и оправы для таких чудаков, как я, и сделал ему заказ. Мне нравилось стареть. Мне нравилось носить очки и выглядеть пожилым и степенным. Может быть, от того, что раньше у меня не было на это шансов?

- Ты знаешь, почему маори назвали птицу словом киви? - спросил я. - Оказывается, им просто послышалось, что она так щебечет: киви, киви, киви. Нужно будет сходить на какую-нибудь ферму и послушать… Между прочим, оказывается, здесь совсем нет змей.
- Ну да! – не поверил Ягуар.
- И всего двадцать три вида птиц, - добавил я. – В том числе, такие экзотические как совиный попугай…
- …и пастушок уэка.

Все-таки он успел пролистать эту книжку! И когда? Вроде целыми днями пропадает на море.

- А еще я выяснил, почему здесь видны звезды, - с усмешкой глядя на меня, сообщил Ягуар.
- Почему? – заинтересовался я.
- Помнишь, ты мне как-то цитировал одного древнего поэта? Если звезды зажигают, значит, это кому-нибудь нужно.
- Не улавливаю связи.
- А ты открой форзац этой книги. Видишь, флаги разных стран напечатаны?
- Все равно не улавливаю.
- Страны Океании видишь? Самоа, Соломоновы острова, Науру, Тувалу, Микронезия, Маршалловы острова, Австралия с Новой Зеландией, наконец.
- Ну и что? – все еще не понимая, спросил я.
- На флагах всех этих стран есть звезды! Они им нужны, понял?

Я усмехнулся. Хорошая версия, вполне в духе Ягуара.

- Ну что, домой? – спросил он, подбирая с песка свою непослушную доску.
- Домой, - ответил я.
Поднялся со ржавого рельса и, подсвечивая себе дорогу слабым огоньком кома, словно фонариком, пошел на станцию, где меня ожидал дикий. Я имел право на несколько минут мечты. Но всего на несколько.

Мои шаги гулко отдавались под круглым бетонным сводом бывшего перегона, пляж Тонгапоруту растаял в сером сумраке Трубы и вернувшаяся реальность больно уколола иглой беспокойства. Нужно узнать, что творится в городе. Не нравится мне эта информация о перестрелках на поверхности. А потом Труба не такое уж безопасное место, чтобы оставлять дикого связанным на целый час. Впрочем, под центральной частью города должно быть относительно тихо. Здесь правительственные учреждения, Национальный банк, Департамент…

И еще…Достаточно ли я был убедителен с Ягуаром?
Я снова прокрутил в голове наш разговор – да, все правильно. Нельзя было иначе, он парень умный, сразу бы заподозрил неладное. Прости, Ягуар… Надеюсь, ты поймешь меня.

Станция оказалась неожиданно светлой. В первый момент у меня испуганно екнуло сердце: перрон был абсолютно пуст. Но потом я все же заметил дикого. Он сидел в закрытой будке у раскуроченного эскалатора, неподвижный, крепко привязанный к стулу.
Подойдя, я вытащил кусок проволоки, закрывавший дверь, распахнул ее и принялся развязывать пленника.

- Стоило связываться с вами, - проворчал я. – Если все приходиться делать самому.
- Где инфа? – спросил он, разминая затекшие руки.
- Пришлось запускать «кукушку», так что информация уже у ваших друзей. Нужно только ваше подтверждение.
- Вот выберемся отсюда, будет и подтверждение. Как вы меня нашли? Где китайцы?

Я кратко пересказал ему последние события, не забыв упомянуть о брате. Затем достал ком и принялся сверяться с картой. Ближайший выход на поверхность был недалеко – в паре станций отсюда, но я решил, что лучше направиться в сторону дома. Если на улицах действительно стреляют… Хотя, наверное, Ягуар преувеличил опасность.

Дикий тоже склонился вместе со мной над картой, просчитывая свой путь - получалось, что до моего выхода мы могли двигаться вместе.

- У меня к вам просьба, - неожиданно произнес он, когда мы уже вошли в тоннель. – Можно узнать, вывезли моего брата во Внешний город или нет?

Я разблокировал фон, достал пуговицу наушника и набрал номер секретарши на коме. Она ответила практически сразу.

- В моем кабинете прибрались? – спросил я.
- Да. Ребята вывезли гостя и уже вернулись, - ответила она, и когда я уже собрался отключиться, неожиданно назвала меня по имени. – Сергей…
- Что?
- Там… там такое творится. – голос у нее был испуганным.- Настоящий бунт. Погромы, стрельба, говорят, что они могут ворваться в город.
- Кто они? – не понял я.
- Повстанцы из-за периметра. Мне сестра звонила, она сильно напугана. По улицам бродят банды, громят продовольственные магазины, режут китайцев.
- Сочувствую, - сухо произнес я.
- Сергей, как ты можешь? С нею же мой Сашка! Сделай что-нибудь!
- Почему я что-то должен делать?
- Это же твой сын!

Я промолчал. Я не верил, что это мой сын. Какое мне дело до чужого ублюдка? До сына женщины, которая меня предала? И все же….

- Подожди, - буркнул я и нажал на паузу. Покосился на шедшего рядом дикого.
- Проблемы? – спросил он.
- Во Внешнем погромы, – ответил я. – Народ бунтует. У моей….ммм… знакомой там родственники, беспокоится.

Это был вопрос. Даже просьба. Но дикий ответить не успел. Остановился, схватил меня за рукав и прижал палец к губам. Впереди – далеко-далеко – возникло и исчезло пятно света – кто-то шел нам навстречу. Шел по-хозяйски, неся с собой большой фонарь обходчика.

- Вон там, слева, - тихо произнес дикий и потянул меня в сторону.

Сначала я не понял, где он хочет спрятаться. Но тут же увидел дверь в подсобное помещение. Мы нырнули в его темную пасть и замерли по обе стороны от двери. Свет фонаря не был виден, но зато скоро послышались шаги и даже разговор.

-…врут они все, - сказал чей-то хриплый надтреснутый голос и закашлялся. – Сеть, видите ли, перегружена. Да просто не хотят, чтобы те, у кого родня за городом, правду узнали.

- И правильно, - отрубил второй. – Нечего панику сеять. А с быдлом этим, что во Внешнем, давно пора разобраться. Чем больше их там постреляют, тем лучше. А то жрут, пьют, ни хрена не работают, а все чем-то недовольны, сволочи.

- Они тоже люди, - не согласился первый.

- Какие они люди…Почему я должен на них пахать? Чтобы с моих налогов всякая падаль жила? Слышал, что в последних новостях сказали? Президент пообещал увеличить продпособия. Нарожали ублюдков, теперь содержи их. Я вообще за всеобщую стерилизацию – не хрен ресурсы тратить. Осталось на нашу долю – значит, все, кончилось человечество. Зато мы поживем в свое удовольствие.
Хриплый что-то возразил ему, но что – я не разобрал. Голоса удалились, и я взглянул на ком в руке – нажатая пауза все еще мигала зеленым огоньком, значит, секретарша не отключилась, ждала.

- Адрес давай, - тихо сказал дикий.

- Какой адрес? – не понял я.

- Ну этих…родственников. Во Внутренний город не переправим, но можем увезти от греха подальше в деревню. Есть у нас тихие деревни, живут там бедно, но не шалят.
Я выключил «паузу» и, поднеся ком к губам, произнес:

- Сейчас я передам фон, скажи ему адрес сестры, - и, не слушая, что мне ответят, передал наушник дикому.

Некоторое время он слушал, затем поморщился и также тихо произнес:
- Успокойтесь. Успокойтесь и продиктуйте адрес. Мы вывезем вашу родню в тихое место.
Ответов секретарши я не слышал, но по выражению лица дикого понял, что она на грани истерики.

- Не могу сказать куда, - сказал он. – Ваши родственники сами с вами свяжутся. У меня очень мало времени, говорите адрес. Хорошо. Запомнил. Не волнуйтесь, у меня прекрасная память.

И уже, отключив фон, обратился ко мне:
- Можно воспользоваться комом?

Пока дикий связывался со своими, я вдруг подумал, что беспорядки во Внешнем городе гораздо серьезнее, чем мне казалось до сих пор. Если это настоящий бунт… Весь мой план летит тогда к чертям. Неужели я опоздал со своими разоблачениями? Какой в них тогда прок?

- Пошли, - дикий тронул меня за плечо. – Если женщина с мальчишкой еще живы, их вывезут. Наши уже отправились за ними.
- Там сильные беспорядки?
- Да.. И совершенно не ко времени. Боюсь, это только на руку отморозкам из экологов.

Мы расстались через полчаса. На развязке трех станций, построенных одна над другой. Дикий ушел на нижние, а я направился на поверхность. Долго объяснял встреченному патрулю, кто я и как сюда попал, но документы и звонок в Департамент сделали свое дело – меня пропустили.. От патруля я узнал, что в город все-таки прорвались отдельные группы бунтовщиков, но вроде бы их уже выловили. Отдавая документы, старший патрульный привычно козырнул мне и посоветовал на всякий случай не выходить сегодня из дома. Впрочем, я и не собирался.


Поднялся на седьмой этаж, открыл квартиру, включил сетевое радио, чтобы послушать новости. Бодрый голос диктора сообщал, что беспорядки в городе и за его пределами ликвидированы доблестными частями модеров. Виновные арестованы и предстанут перед судом. Жертв среди мирного населения нет. Последствия аварии струнников ликвидируются, и уже к вечеру транспортное сообщение будет восстановлено. Это меня немного успокоило. Нет, я не поверил ни в отсутствие жертв, ни в поимку виновных, но власть не стала замалчивать сам факт беспорядков, значит, действительно надеялась с ними покончить в самое ближайшее время.

Достал из кармана видеокамеру, проверил зарядку, задал параметры включения на голосовую команду и приклеил скотчем к потолку у окна. Теперь можно было сварить кофе и спокойно ожидать гостей….

Пепел со звезд,
что погасли вчера
оседает на крыльях.

© Оксана Аболина, © Игорь Маранин. Хокку заката, хокку рассвета


     продолжение

О.А.

Tags: повесть, творчество
Subscribe

  • Кинообзор (январь-февраль 2017). Часть 3

    После вчерашнего "оскаровского" недоразумения с объявлением лауреата в номинации "Лучший фильм" я нахожусь в глубоком недоумении. Ну, ладно, я…

  • Капли памяти

    Нет больше той любви, как если кто положит душу свою за други своя. Ин.15, 13 Рождение его сопровождалось драматическими и бурными событиями. В…

  • Мамилапинатапай

    Мамилапинатапай - взгляд между двумя людьми, в котором выражается желание каждого, что другой станет инициатором того, чего хотят оба, но ни один…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments