unico_unicornio (unico_unicornio) wrote,
unico_unicornio
unico_unicornio

ХЗХР 19-21


Оксана Аболина, Игорь Маранин


Хокку заката, хокку рассвета



1-3; 4-6; 7-9; 10-12; 13-15; 16-18;


19


На зябких ладонях
от старых гвоздей
видно следы



Храм был невысокий, приземистый – подняться до купола – раз-два плюнуть. Тем более, есть за что цепляться - пластиковые щиты закрывают полукруглые, диоклетиановы окна. Один миг – и Черный Ягуар у самого купола. Верхнее оконце – совершенно круглое - вероятно, для вентиляции - было совсем небольшое, заколочено досками, самыми настоящими досками из дерева. От времени, ветра и непогоды их скособочило, они разбухли от влаги, костыли, крепившие их к стене, проржавели насквозь, одна из досок подалась под ногой Черного Ягуара, сорвалась и, жалостно скрипнув, зашатавшись, словно маятник, повисла над землей, открыв проем внутрь храма. Пару мгновений размышлял Черный Ягуар, а затем, легко оторвав оставшиеся доски, нырнул в оконце, мягко спрыгнул на пол. Многократно отражаясь от стен, храм заполонили странные звуки: писк, шорох, топот лап разбегающихся крыс.

Крыс Черному Ягуару в последнее время приходилось видеть часто: обычно в районе бараков, расположенных за периметром - границей, которая отделяла внешний город от внутреннего. Но и типография, в спортзале которой он читал книги, быстро наводнялась ими: недавно стали они возвращаться в город. Изгоняемые мощными низкочастотными атаками, крысы за пару десятков поколений мутировали в окружающих полях, приспособились к звукам, которые сводили с ума их предков, выросли, заматерели, а поскольку котов и собак в городах почти не осталось, вернувшись, почувствовали себя привольно. Несмотря на перенаселенность, многие старые здания пустовали: бездомные были не столь живучи, как крысы – когда их полсотни лет назад начали отправлять в смертополис, они ушли и не вернулись. Крысы заняли их законное место. Не раз Черный Ягуар задавался вопросом, чем же они питаются в городе, ведь здесь давно не осталось пищевых отходов? Гидропонные огороды были надежно защищены – их корпуса изготавливались из материалов, изолирующих растения от внешнего мира. Вероятно, если бы не это обстоятельство, крыс было бы намного больше. Пару раз свободомыслящие журналисты поднимали вопрос о том, что нужно устранить налог на бесполезных животных и вновь начать разводить котов, но их голоса были слабы и сразу же затихали под напором критики. Возможно, многие согласились бы с ними, но цензура не оставляла шансов прозвучать этим голосам в эфире.

В воздухе пахло сыростью и холодом. Мороз остро пощипывал щеки. Казалось, будто здесь не та же температура, что снаружи, но гораздо ниже. Черный Ягуар придвинулся спиной к стене и выждал несколько мгновений. Довольно быстро глаза привыкли к темноте, которую нарушал лишь небольшой поток света, снопом врывающийся в часовню через проломанное Черным Ягуаром окошко.

Сначала он разглядел купол. Купол был черным, но весь усыпан голубыми фосфоресцирующими звездами, звезд Черный Ягуар никогда прежде не видел, говорили, что где-то в Новой Зеландии, на другом конце мира, они бывают видны, но после Антарктического взрыва, над миром повисла вечная серая тусклая дымка. Ну, вечная-не вечная, а звездного неба, о котором рассказывал Черному Ягуару мастер жизни и смерти, да и в книгах старых часто писалось, видеть ему не пришлось. Некоторое время он заворожено смотрел на них и удивлялся тому, что они такие громадные и яркие – ему казалось, что звезды – это крохотные оспинки на лице неба. Но вот – взгляд его оторвался от звезд и остановился на большом белом кресте, разрезавшем центр купола. Черный Ягуар передернул плечами. Здесь его никто не видел, и он спокойно мог выразить свою неприязнь к кресту. Некоторое время он не отводил от него взгляда – крест давил, наваливался сверху и одновременно раздвигал пространство – оно становилось шире, глубже, значительнее. Интересно, был ли когда-нибудь виден крест на небе, как и звезды? Или это выдумал тот, кто изобразил их там?

Черный Ягуар опустил взгляд на стены и увидел, что они тоже разрисованы. И это были не рекламные плакаты с бегущими поверху рифмованными слоганами. Хотя и тут виднелись непонятные значки, по начертанию напоминающие буквы, сложенные в короткие тексты. Из стен проступали в темноте сутулые силуэты людей, со странными, как будто распластанными лицами: блестящими белками глаз, черными зрачками, непонятными золотыми шарами вокруг голов. У мужчин были длинные бороды, такие Черный Ягуар видел в нескольких книгах. На их одеждах тоже были кресты. Неспокойно стало Черному Ягуару от этих фигур – они казались изображенными так, будто пространство вокруг них вывернуто наизнанку, - и снова Черный Ягуар зябко поежился. Все эти люди смотрели прямо на него. И было в их взглядах запредельное спокойствие и глубокое сочувствие, но не по себе становилось от них Черному Ягуару. У него возникло удивительное ощущение, что они как будто ожидали его тут все это время, терпеливо, в темноте, в холоде, среди крыс, заполонивших храм. Ничего не требовали они от Черного Ягуара, ничего не хотели от него, но он не мог избавиться от чувства, словно что-то сам по себе должен, только сам не понимал, что именно.

Черный Ягуар осторожно стал двигаться вдоль стены, прошел несколько шагов и натолкнулся на круглый золотистый металлический столик с короткими полыми трубками, выходившими из его столешницы. Посредине столика помещалась небольшая пустая чашка из красного стекла. «Слишком маленькая – для жертвоприношений», - подумал Черный Ягуар, но так и не понял, для чего нужна чашечка, да и сам столик тоже. В храме их было несколько. Он несколько раз натолкнулся на них, пока дошел до входа в храм, расположенного напротив оконца, через которое он сюда забрался. Возле двери стоял большой фанерный ящик с прорезью наверху. Черный Ягуар пошевелил ящик, внутри что-то перекатилось, загремело, зазвенело. Он оставил ящик пока что в покое, не стал открывать, пошел дальше.

Через несколько шагов Черный Ягуар снова замер. Около стены был водружен большой крест, и на нем висел почти целиком обнаженный человек, руки и ноги его были прибиты гвоздями к кресту. Да, это было опять изображение, и очень не похожее, как если бы это был настоящий человек. Но Черный Ягуар на пару минут задержался у креста, внимательно разглядывая его и думая, что могло заставить людей поместить его в храме, где они молились Своему Страшному тогда еще Живому Богу. Он достал из кармана крестик девочки Гули и, поднеся его близко к глазам, внимательно рассмотрел. На нем тоже был изображен человек – как Черный Ягуар его сразу не заметил? Почему те, кто верят в Бога, который умер и при этом остался жив, выбрали своим символом прибитого к кресту человека? Надо будет об этом спросить у Лорда. Он много чего знает, чего не знает Черный Ягуар. Вероятно, он сможет ему в этом помочь и разъяснит все то, что ему непонятно.

Черный Ягуар сделал полный круг по храму, добравшись по стенке до того места, откуда начал свой путь – под разбитым окном. Осторожно он сделал несколько шагов к центру храма. Встал прямо под куполом. Задрал кверху голову. Посмотрел еще раз на звезды, на крест, повернулся несколько раз кругом под пристальным и неусыпным наблюдением людей, глядящих на него со стен.

Он вспомнил про ящик у входа и решил узнать, что в нем находится. Двинулся к двери, но тотчас споткнулся обо что-то, торчавшее из пола. Сел на корточки, осмотрелся вокруг. Пол был деревянный, из настоящего старинного паркета. Вероятно, сверху его когда-то покрывал ковер: валялось вокруг несколько клочков грубой, истлевшей на ощупь, материи – похоже, крысы погрызли ковер и растащили его по норам. Рука Черного Ягуара наткнулась на небольшое металлическое кольцо. Он потянул за него и часть пола вдруг легко приподнялась. Это был большой квадратный люк, и вел он в подпол, зиявший в полумрак храма кромешной чернотой. Сначала Черный Ягуар подумал, что не стоит сюда сегодня лезть– можно вернуться завтра с фонариком, но потом решил, что, вероятно, подземелье – подсобное помещение, совсем небольшое и его нетрудно будет исследовать наощупь. Он лег на паркет и проверил, ведет ли вниз лестница. Лестница была. Правда, неудобная, примитивная – две узких деревянных направляющих, скрепленных между собой перекладинами.

Осторожно Черный Ягуар спустился на первую ступеньку, держась руками за края люка. Нащупал ногой следующую. Шагнул вниз. В подвале слышалось бурное движение и писк – похоже, крыс в подземелье было еще больше, чем снаружи, но из-за гулкого эха было трудно определить, каков истинный размер нижнего помещения. Черный Ягуар раздвинул руки в стороны в поисках стен, но вокруг была пустота. Неожиданно перекладина под ногами обломилась и Черный Ягуар рухнул вниз, он успел только схватиться за направляющие лестницы, но они оторвались от края люка и сорвались вниз. Так и упал он, держась за них.

Падать Черный Ягуар умел, и все бы ничего – высота была совсем небольшая, но нога его неудачно попала в ведро, подвернулась, он спружинил, сгруппировался, чтобы упасть на противоположный бок и откатиться, но тут на него сверху рухнула лестница. Вероятно, никаких серьезных повреждений она не принесла, ушибла плечо и рассекла бровь, однако боль в ноге была отчаянной. Боль была резкой и нарастала, туманя сознание. В темноте было ничего не видно – какие-то предметы торчали углами, мешая сориентироваться в пространстве. Черный Ягуар неловко отодвинул лестницу. Целиком она с него не слезла, но ведро с попавшей в него ноги он сбросил.

Сдернул его с себя, закусив губу. С цинковым звоном оно откатилось в сторону. Черный Ягуар ощупал голеностоп - сустав быстро распухал. Перелом? Вывих? Черт! Хоть немного бы света.

- Свет! – наудачу громко произнес Черный Ягуар, но это не помогло. Он вспомнил, что были времена, когда еще не было стандартной фразы для включения освещения – каждый использовал для себя ту, которая была ему удобнее
– Зажгись! – попробовал сформулировать он запрос иначе.
– Включись! – но даже трехэтажный мат, которым все закончилось, не спас положение. Света не было. Что ж, придется это принять как данность.


Превозмогая боль, Черный Ягуар начал массировать лодыжку. Прощупал мышцы и кости голени. Перелома, кажется, слава Земле и Небу, не случилось, но стопа явственно была вывернута наружу. Черный Ягуар в который раз за сегодняшний день с благодарностью вспомнил уроки мастера жизни и смерти, начал сильно и ритмично нажимать на точки сюань-чжун и шэнь-мэнь (единственная польза, которую принесли цивилизации чайники) – успокоил, утихомирил боль. Она стала глухой, пульсирующей, неясной, такую можно спокойно вынести. Но Черный Ягуар не остановился на этом. Полностью отключив сознание от ощущений собственного тела, он взял стопу обеими руками и резко вправил ее на место. Довольно усмехнулся. Боль молнией зажглась в мозгу и попыталась погасить его сознание, но он сумел ее превозмочь. Однако, надо было зафиксировать чем-то ногу, возможно, он сможет ходить и так, но вывих, пока сустав не зажил, может возникнуть снова, став привычным. Он посидел немного в темноте. Вдруг что-то проскочило по его руке, плечу, голове. Он сморщился от омерзения – крысы. Громко выругался. Черт, надо скорее выбираться отсюда, пока заживо не сожрали.

Черный Ягуар медленно встал, стараясь не опираться на больную ногу. Надо было пройти по подземелью и поискать что-нибудь для перевязки. Понятно, что ткани здесь никакой не найдешь - крысы, но, может, резина? Что тут по идее вообще может храниться? Он оперся локтем о стену и вдруг вспыхнул свет. Необычная лампочка, похожая на химическую колбу зажглась под потолком, распугав стаю крыс, мгновенно разбежавшихся по углам и щелям. Не сразу Черный Ягуар понял, что локтем задел включавший в старину освещение тумблер, он прищурился, оглядел подземелье. Это была небольшая комната, заставленная всевозможной хозяйственной утварью и посудой. Вероятно, здесь прятались предметы обихода, не используемые во время богослужения. Все это громоздилось на полу, а полки, идущие вдоль стен, были пусты. Ничего полезного для себя Черный Ягуар не увидел – только хлам, но в дальнем конце подземелья тускло блестела металлическая дверь.

Он дохромал до нее, подергал за ручку – дверь не открывалась. Сказал: «Откройся». Затем: «Отворись». Но уже понимал, что, как и со светом, голосовой командой ничего не добьешься. Он осмотрел дверь. Под ручкой было небольшое отверстие – похоже, замок открывался примитивным механическим путем. Черный Ягуар достал из кармана складной нож, поковырялся им в замке, но безуспешно – он не понимал, как работает устройство старинного запора. Тем более, что наклониться и посмотреть, что там внутри мешали находившиеся рядом с дверью пустые полки. Они были прибиты к кирпичной стене. Он рванул ближайшую из полок на себя, сверху посыпалась штукатурка, полка немного подалась. Черный Ягуар посмотрел на потолок и решил рискнуть еще раз – дернул второй раз полку. Она оторвалась, и, на его счастье, один из кирпичей, к которой полка крепилась, выскочил из стены. Он отшвырнул полку в сторону, засунул руку в образовавшееся отверстие, нащупал ручку с другой стороны двери. Под ней была винтообразная защелка, которая легко повернулась. Дверь открылась. Черный Ягуар, хромая, вступил во второе помещение.

Он сразу обшарил ладонями стену при входе, нашел такой же тумблер, как в том месте, где упал. Включил его. Зажегся свет. Здесь все было уставлено металлическими закрытыми ящиками. В дальнем конце комнаты находилась фаянсовая белая раковина и в нее мерно капала вода из примитивного древнего крана. Он подошел к раковине, включил кран и безмерно удивился – из него шла вода. Как странно, что от этого здания за столько лет не отключили ни электричество, ни воду. Может быть, потому, что часовня стоит на отшибе, и про нее забыли коммунальные службы? Черный Ягуар тщательно вымыл руки, которые до сих пор были в крови избитого им мужчины, а теперь еще и в грязи, и в штукатурке, вытер их о комбинезон. Подошел к нескольким ящикам, которые громоздились здесь один на другом. Запоров на ящиках не было. Первый же из них легко открылся. Внутри находились плитки шоколада, завернутые в фольгу. Черный Ягуар съел одну из шоколадок – вкус был непривычный, горьковатый, но приятный. Он осмотрел остальные ящики. В них хранились всевозможные продукты питания. И не просто продукты – а приготовленные к длительному хранению и уже готовые к употреблению. И опять Черный Ягуар подивился – как будто для него все это было оставлено в древности неизвестно кем. Как будто кто-то знал, что он появится здесь. Впрочем, не было проблем у Черного Ягуара с питанием – зарплата у эколога совсем неплохая. Но хорошо знать, что если случится что-то непредвиденное, то будет куда податься. В другом углу комнаты он обнаружил канистры с керосином, сильно обгрызанную картонную коробку с колбовидными лампочками, коробка рассыпалась от первого прикосновения. Черный Ягуар бережно переложил лампочки в сторону, посмотрел, что хранится в ящике, который стоял под коробкой. Там лежало множество бледно-желтых палочек. Он надкусил одну из них. Вкуса у палочки не было. Бесполезная вещь. Он открыл соседний ящик и тихо обрадовался. Наконец-то он нашел то, что искал – здесь хранилась аптечка. Черный Ягуар нашел в ней эластичный бинт, туго забинтовал больную ногу. А затем аккуратно все закрыл. Перед тем как выйти, он прихватил с собой бледно-желтую палочку, думая отнести ее домой и посмотреть, для чего она может использоваться. Все-таки вряд ли для еды. Она находилась в том углу комнаты, где не было продуктов питания.

Черный Ягуар закрыл через отверстие в стене дверь на замок, вставил на место кирпич и захромал к выходу из подземелья. Высота подземелья была не такая уж большая. Он поставил под люком кверху дном ведро, оказавшееся для него ловушкой, выключил свет, залез на ведро, подпрыгнул, зацепился руками за края люка, подтянулся и вылез из подземелья. Закрыл отверстие деревянным щитом.

После электрического света подвала надо было опять привыкнуть к полумраку храма и выступающим из него строгим фигурам. Черный Ягуар повертел в пальцах прихваченную из подвала палочку, хотел уже, было, положить ее в карман, как вдруг на конце ее показался огонек. От огонька было немного света, но он был явственный и теплый. Он дрожал, словно живой, и от него бежали вокруг туманные тени. Черный Ягуар дотронулся до него пальцем. Огонек не обжигал. «Надо же – какие вещи умели древние делать», - подумал он и направился в сторону разбитого окошка, но вдруг замедлил шаг – неожиданно для себя он понял, для чего служат металлические столики с полыми короткими трубками. Ну конечно же, он держал в руках свечу – самую настоящую свечу. А трубки были подсвечниками. Он подошел к одному из столиков и поставил свечу в подсвечник. Ему показалось, что она стала гореть ярче. В ее свете был явственно виден крест и прибитый к нему человек. Сначала Черному Ягуару стало страшно. Так страшно, что он хотел стремглав убежать, несмотря на больную ногу. Но мастер жизни и смерти приучил его не бояться собственного страха. Черный Ягуар остался, остался назло своему страху. И страх отступил, но ничего нового он не услышал в своей душе. Пусто было в ней. Он подождал, пока свеча догорит до конца, и отправился к окошку. Быстро вскарабкался наверх. К вороненку уже, естественно, не полез. Аккуратно спустился вниз, посмотрел на часы – было уже полвторого. Медленной трусцой, припадая на больную ногу, побежал Черный Ягуар домой.

На зябких ладонях
от старых гвоздей
видно следы







20



Курит китаец
длинную трубку,
смерть за плечом


Старый глиняный китаец курил свою длинную трубку на балконе бао-та. Маленького декоративного здания, стоявшего на широком пластиковом подоконнике. Он осуждающе посмотрел на меня, но ничего не сказал. Он не доверял вайгуйлао – заморскому черту. Китайцы никогда и никому не доверяют. Знаменитая фраза аббата Куаньяра как нельзя лучше подходит к их национальному характеру.

«Слово дано человеку, чтобы скрывать свои мысли»

Внутренний мир китайцев замкнут, а искусство интриг высоко – именно поэтому они еще не завоевали мир. Им просто некогда. Они интригуют друг против друга.

Секретарь вбежал в кабинет и застыл на пороге, увидев бесчувственное тело своего босса. Через мгновение он заметил у меня в руке шокер, и понял, что Желтопузый жив. Я спокойно убрал шокер в карман. Против молодого тренированного бойца шансов у меня нет. Впрочем, один есть - купить бойца заранее. Не за деньги - за страх. Грехи, они у всех имеются, все люди когда-нибудь рискуют сесть на полосатую спину тигра. А потом тигр отправится по своим делам. Как любят говорить сами китайцы: скачущему на тигре трудно с него слезть.


- Где мужчина, которого задержали сегодня утром? – требовательно спросил я.
- Его увели челес челный ход, увасаемый, - секретарь так и не решился спрыгнуть с тигра. – Я не снаю куда.

У них есть черный ход? Интересно. Теперь я понимаю, почему Желтопузый отказывался переезжать в более комфортабельные аппартаменты. «В трудные времена каждый из нас должен личным примером…»
- Куда он ведет?
- Нисние этаси, а потом по заблосенному пути метло, - с готовностью отозвался секретарь. - Дальсе не снаю.

Я задумался. Через двадцать…нет, уже через пятнадцать минут Желтопузый очнется и жизнь моя весьма и весьма осложнится. Где-то глубоко внутри меня проснулся холодный и расчетливый циник.
- Убей его, - сказал циник.
Я отрицательно покачал головой.
Подошел к стаци, вставил носитель и запустил «кукушку». Среди сотен тут же родившихся файлов один нырнул в почтовую программу и отправился по адресам диких.

- Карта подземелий есть?
- Да, конесно, - китаец вздохнул с облегчением и добавил. - Спутниковая.
Мог бы и не добавлять, какие еще карты могут быть в наше время? Не бумажные же… А вот обрадовался ты зря, голубчик. Думаешь отделаться ударом шокера, а потом сочинить для своего босса красивую историю? Не выйдет. Я включил микробук, убедился, что заряда хватит на восемь часов работы без солнца, проверил спутниковую связь – ишь ты, а спутник-то не наш используется, бразильский. Что ж, тем лучше - всё остальное у меня было с собой. Сколько времени до связи с Ягуаром? Сорок минут? Очень хорошо.
- Оружие есть? – поинтересовался я у секретаря.
Тот вытащил бесшумный пистолет новейшей индийской разработки.
- Лучше будет, если я у тебя его заберу.
Он не колебался. Конечно. Если я его оглушил, то не забрать оружие было бы подозрительно. А взглянул на него все равно с жалостью.

- А теперь бери босса под мышки и тащи.
- Куда?
- К черному ходу, - ухмыльнулся я. – Пойдем все вместе.
- Но господин!
Выстрел в сторону. Ишь ты, испугался – и правильно. Кто их, вайгуйлао знает. Даже если живешь в их стране уже лет десять. Один выстрел и секретарь бросился вытаскивать своего босса из кресла.

А старый глиняный китаец шагнул со своего балкона и разбился вместе со своей длинной трубкой. За его плечами с утра стояла Смерть.

Курит китаец
длинную трубку,
смерть за плечом





21

В небо карабкаясь,
видишь внизу
кровь на земле.





Сначала он хотел изменить традиции и проехать домой на струннике. В крайнем случае, на автобусе. Но на улице творилось нечто невообразимое. Толпы людей в обоих направлениях, на остановках не протолкнуться, втиснуться в наземный транспорт невозможно, а струнников не было видно вовсе. Хотя обычно в это время их движение бывало весьма оживленным. Черный Ягуар махнул рукой на очередь у остановки, она тянулась змеей на несколько десятков метров, и побежал домой. Было так много народу вокруг, что он даже не смотрел под ноги, не считал трещины на асфальте – только и приходилось, что лавировать между пешеходами, старясь не задеть их ненароком.


Вдруг служебный пикап резко затормозил рядом с Черным Ягуаром. Дверца раскрылась. Высунулся водитель – парень из Департамента, несколько раз обедал с Черным Ягуаром за одним столом в буфете для внутреннего персонала – предложил подкинуть до дома. Секунду поколебавшись – не любил быть никому благодарным – Черный Ягуар принял любезное приглашение, залез в машину.

Кроме водителя, в пикапе сидели двое охранников, а между ними спал молодой мужчина в форме капитана. Капитана охранники небрежно придерживали, положив ему на колени планшет, на котором резались в дурака. Похоже, капитан был без сознания, но для любой проверки на дорогах он, скорее всего, показался бы просто спящим чуркой. Черный Ягуар не любил задавать лишних вопросов, люди делают свое дело, очевидно, им приказали, в противном случае, стали бы они его подсаживать?

- Ногу подвернул. Вывих, кажется, - пожаловался он. – А струнники не работают, что ли? Народу вон сколько. Если б не вы, ребята, не знаю, как бы до дома добрался.

- Трос на центральном узле ё@нулся, - не отрывая взгляда от дороги, меланхолично ответил водитель. – Там полный пи@дец. Одиннадцать струнников в полный хлам, як винтокрылые пи@долеты. Двести семнадцать жмуриков, не считая пешеходов. Уё@ище, беспе@ды. До х@я покалеченных, все оцеплено, движение остановлено. Наземников толпа вылезла. Я, бля, даже не знал, что их стоко осталось.

Один из охранников оторвался от карт и заметил:
- День вообще поганый. Я живу у границы с внешним городом. Там зарево было всю ночь, говорят, подожгли Стремяжные склады, а до этого перебили сторожей и все, что можно было, разворовали.

- Пластиковый бунт , - вытаскивая из рукава пикового туза, сказал второй охранник. – В бараках весь день стрельба. Бьют нашего брата, вусмерть бьют.

- Я тоже слышал выстрел утром, - вспомнил Черный Ягуар хлопок за окном, который раздался во время его беседы с Лордом..

- Да, их несколько пролезло за внутреннюю границу по трубе, там дыры сквозные остались, похватали уже всех, к стенке – и в печь жмуриков. Вдоль всей границы солдат понаставили. А в трубе – патрули. Теперь не пролезут.

- Пи@дец нам всем! – выругался водитель. - У нас госномер на жопе висит.

- Сюда им не прорваться, - сказал Черный Ягуар. – Внутренний город надежно защищен.

- Да, что внутренний, друг, нам ведь этого, - первый охранник показал на капитана, - приказано за периметр вывезти и там отпустить. Был бы дикий – здесь выкинули бы. А у солдатни чипы в башке - начальство сказало, если до периметра потеряем – убьет.

- Слушай, парень, - сказал второй. – Ты ведь эколог, поговаривают. Может, ты его… Это самое… И чип достанешь? Мы заплатим, сколько скажешь. Сочтемся. Черт, не лезть же задарма в мясорубку.

- Не бз@ись, - успокоил Черного Ягуара водитель. – Все путем будет.

- Рехнулись? - хотел спросить Черный Ягуар, открыл дверцу пикапа и без слов вывалился наружу. Благо скорость была невысока.

- Быдло, гнида, сука поганая, - раздалось из пикапа, который резко затормозил, всхрапнул и рванул по улице дальше.

Черный Ягуар был совсем вблизи от своего дома. Однако, после сидения в машине нога снова отчаянно заболела. Он сел на тротуар и размассировал ее. Посмотрел на часы. Без десяти два. Встал и захромал домой.

Пластиковый бунт. Да уш, страшная вещь. Такого на его роду не случалось. И он не думал, что когда-нибудь подобное произойдет. Черный Ягуар вообще после закрытия границы внутреннего города за периметр никогда не выходил – нужды не было. Внутренний город был не так уж и мал – он насчитывал два миллиона жителей. И это число было стабильным – в случае закрытия границы город мог достаточно долго существовать на собственных ресурсах. Здесь находились все учреждения Большого города, несколько заводов, пищевых и текстильных фабрик, аэродром, маленький космопорт, военный гарнизон. Во внутреннем городе пустовало множество производственных зданий, но несмотря на перенаселенность внешнего города, их никому не позволялось занимать или перестраивать под жилые дома. Жители внешнего города могли поселиться во внутреннем только у родителей, если те не имели ничего против этого. Квартиры поступали в собственность исключительно для правительственных работников или по наследству. Благодаря, в частности, этому, на работу экологов, которая противоречила конституционным нормам, но о которой слышали практически все, смотрели, прикрыв глаза. Младшему поколению была выгодна смерть старшего. Ибо жизнь за периметром значительно отличалась от жизни во внутреннем городе.

Во внешнем городе люди ютились в тесных общежитиях многоэтажных бараков, отапливаемых скупо даже зимой, нормы по расходу электричества были такие же, как и внутри периметра, но его так часто отключали, что не всегда использовалась даже положенная на семью норма, продукты завозились нерегулярно и часто некачественные, гигиенические нормы оставляли желать лучшего, питьевая вода продавалась в магазинах, хозяйственная была грязно-желтого цвета, поскольку использовалась неоднократно, а система фильтров работала далеко не в полную силу: люди предпочитали мыться в общественных банях – там вода подавалась за деньги, но чище и все-таки ее хоть как-то подогревали. Короче, счастливчиками считались жители внутреннего города – и Черный Ягуар в том числе - всего у них, по сравнению, с внешними было вдоволь.

Черный Ягуар доковылял до дома. Кровати у него не было, спал он всегда на карнизе. Он снял обувь и рухнул на пол. Помассировал точки сюань-чжун и шэнь-мэнь. Вытащил из кармана ком - ровно два часа дня. Он вызвал Лорда. Лорд не отвечал.

Черный Ягуар не стал закрывать ком, положил его рядом с собой – пара минут и раздастся звонок вызова. С тоской он подумал о том, что нескоро сможет теперь добраться в библиотеку, расположенную в спортзале бывшей типографии.

«Заживет нога, надо будет подумать, как перетащить оттуда велотренажер». Он размышлял о будущем, вспоминал весь сегодняшний день. Не совсем обычный, конечно день. Странный день. Он задремал.

И тут раздался звонок вызова. Черный Ягуар схватил ком. Но вызывал его не Лорд, это была диспетчер департамента.

- Вам придется выполнить еще один заказ, - сказала диспетчер.
- Я не могу, я травмировался. Поищите кого другого.
- Нет, приказ был выписан именно на ваше имя. Я не могу ничего исправить.
- Тогда завтра.
- Нет, приказано исполнить сегодня. Нургалиевский заказ, кстати, приняли, - утешила его диспетчер. – Девочку списали. Никаких проблем. А это дополнительный заказ. – она понизила голос до шепота, намекая, что дело, возможно, политическое – такие любили в последнее время вешать на экологов. – Выполните – и у вас будет четыре дня отгулов.

Отгулы вещь, конечно, хорошая. За эти дни нога заживет.

- Я согласен, - сказал Черный Ягуар. – Сегодня. Но время я выбираю сам.
- Да-да, - поспешно согласилась диспетчер. – Указано – до 24 часов ночи – и на монитор выскочил адрес. – Заказ принят. - и тут же диспетчер отключилась.

И тут раздался звонок вызова. На этот раз звонил Лорд.

В небо карабкаясь,
видишь внизу
кровь на земле.




     © Оксана Аболина, © Игорь Маранин. Хокку заката, хокку рассвета

     продолжение

О.А.
Tags: повесть, творчество
Subscribe

  • Кинообзор (январь-февраль 2017). Часть 3

    После вчерашнего "оскаровского" недоразумения с объявлением лауреата в номинации "Лучший фильм" я нахожусь в глубоком недоумении. Ну, ладно, я…

  • Капли памяти

    Нет больше той любви, как если кто положит душу свою за други своя. Ин.15, 13 Рождение его сопровождалось драматическими и бурными событиями. В…

  • Мамилапинатапай

    Мамилапинатапай - взгляд между двумя людьми, в котором выражается желание каждого, что другой станет инициатором того, чего хотят оба, но ни один…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments