unico_unicornio (unico_unicornio) wrote,
unico_unicornio
unico_unicornio

Мал. Лёша и большая перестройка. 2 г. 1 м. - 2 г 3 м. (пост 5)

2 года 1 месяц


С 1-ого декабря продукты можно купить только по карточкам, которые, чтобы не было ассоциаций с блокадой, официально называются «талонами». Сохранились карточки на алкоголь, они были уже раньше, но раньше по ним можно было купить сахар или кофе, а теперь нельзя.

4 декабря 1990
День Рождения, как и в прошлом году, оказал на Лёшку положительное воздействие. Если в год он начал ходить, то в два – заговорил фразами. Это случилось при гостях – мы никого не приглашали, но двое: дядя Алик и дядя Игорь всё равно зашли поздравить нас с Иваном и Лёшу. Поскольку с продуктами большая напряжёнка, люди теперь отказываются в гостях от еды, особенно если не приносят ничего с собой. Вот и дядя Алик упорно не хотел садиться за стол, а Лёша потянул его за рукав и сказал: «Дядя, пошли кушать». Это его первая настоящая большая фраза.

Лёше подарили много подарков, и самый ценный из них, с точки зрения родителей, разумеется, - шест для спортивного уголка.


5 декабря 1990
Лёша рассматривал старые «Весёлые картинки». Увидел Самоделкина и пришёл в ужас: «Комалик! Комалик! Боюсь!» Долго объясняли, что это никакой не комарик, а робот, такой же у самого Лёши есть игрушечный, заводной. Согласился, что да, «лобот», а ночью проснулся вдруг с отчаянным воплем: «Комалик!»

16 декабря 1990
В последние дни Лёша ко всем существительным прибавляет слово «холёсий» («хороший»). Хороший Лёша, хорошая мама, папа хороший, миша хороший, утюг хороший. Споткнулся о лошадку-качалку, упал, ударился, заплакал, а после подошёл к лошадке, но не отшлёпал её, как сделал бы прежде, а погладил и сказал: «лошадка холёсий». Подобные сцены повторялись уже дважды, и они нас, конечно, радуют.

В программе «Время» подхватил слово «СССР», у Лёши оно звучит как «эсесер». Слово это часто повторяет, но произносит не всегда к месту. Вчера попросил: «Хочу эсесер». Умная мама поняла – Лёша опять забыл слово «сосиха» («сосиска») и вставил другое, созвучное ему.



17 декабря 1990

Проблема мышей не стала менее острой, и в Лёшкиной речи эта тема появляется постоянно. То увидит какую-нибудь страхолюдину в книжке и назовёт её мышью, то начнёт повторять, что боится мышей. А сегодня о своём сломавшемся любимом вертолётике выразился так: «Мышь укусила!», нашёл на кого свалить причину своей беды.

18 декабря 1990
Начал употреблять уменьшительные суффиксы. Теперь я мамика, Иван – папика, сам Лёша – Лёшика, соседка – Люсика и т.д. Иногда и так: «деник», «нозик» («денёк», «ночка»).

19 декабря 1990
Лёшка, как и мы, недоедает. Часто сидим на одном хлебе, за которым трудно рано вставать. Пристал ко мне сейчас со слезливыми интонациями в голосе:
- Хочу… хочу блиник! хочу блиник!
- Лёшенька, блины из муки делают, а у нас её нет, и в магазине нет.
Но разве такое можно понять в два года? Продолжает пищать, а у меня сердце кровью обливается:
- Хочу кушать… блиник…

Зато когда зовут кушать, это такая радость!
- Лёшенька, садись за стол.
Садится, бесконечно приговаривая:
- Садись, Лёша. Садись, Лёша. Садись, Лёша.


25 декабря 1990
Очень любит сладкое. На каждом шагу просит «кассету». Но если дашь кассету, обижается. В самом-то деле Лёша хочет не что-нибудь, а конфету.

По-прежнему у нас все «холёшие». Даже огромная собака, которая вчера громко облаяла Лёшу – она тоже холёшая. Наверное, называя так всех подряд, Лёша ждёт нашего подтверждения тому, что эти все подряд, действительно, хорошие.

Просит что-нибудь упорно и долго. А родители не дают. Приходится использовать последнее средство – подхалимаж. Тоненьким голоском: «кусочек» или «тють-тють». И то, и другое для Лёши означает одно – немного. Поэтому подчас можно услышать «хочу кусочек чая».

От скромности мы точно не умрём. Хвалю сегодня Лёшу: «Молодец!» - и слышу в ответ скромное: «Люблю Лёшу».


2 года 2 месяца


Не только в стране чёрти что творится, но и у нас в квартире. Молодая пара, ради которой родители купили комнату в коммуналке, беспрерывно воюет. Каждую ночь вопли, мат, драки. Утром выходишь на кухню – то у телефона оборван провод, то дверь в ванную выломана, то вся мебель передвинута. Эта нервотрёпка никому из нас не идёт на пользу, и уж Лёше особенно.

4 января 1991
Новый Год нам внушает мало оптимизма и надежд. Однако, не для Лёшеньки. Праздники он воспринимает всей душой, и, честно сказать, мы этот Новый Год постарались ради него отметить повеселее, хотя на душе и скребут кошки: принарядили комнату, поставили посреди комнаты живую ёлочку с новым плюшевым Дедом Морозом. У нас есть ещё два старых-престарых Деда Мороза из папье-маше – из папиного и маминого детства. Они тоже примостились в сторонке. Плюшевый Дед Мороз – в красном полушубке, жёлтой шапке, добродушный, улыбающийся – вызвал у Лёши прилив любви, нежности и благоговения. Он поцеловал его в носик (что делает со всеми полюбившимися игрушками), но до его руки редко решается дотронуться, а когда решается, то лишь украдкой, и это вызывает у него восторг. Я несколько раз говорила голосом Деда Мороза, желала Лёше спокойной ночи и доброго утра, а когда Лёша однажды расшалился, то Дед Мороз пошёл вразвалочку к другим, более послушным мальчикам. Что тут началось! Лёша весь распереживался, бегал искать его, рвался на лестницу, пока Дед Мороз не вернулся.

Вообще все эти дни Лёша был взбудоражен основательно, перестал спать днём, ночью засыпал не раньше двух часов. Периодически кричал: «Год!», «Мороз!», «Подарок!», - так как услышал разговор родителей между собой, что в Новый Год придёт настоящий, живой Дед Мороз и принесёт подарки. «Подарок… Лёше… маме… папе… всем!» Нет, всё-таки наш мальчик не эгоист, помнит про маму с папой, хотя иногда про них и забывает добавить.

Встретили праздник так, что глаза разбегались - со множеством мигающих гирлянд, со свечами, бенгальскими огнями и хлопушками. После того, как пробило 12 ночи, сходили поздравить соседей, а когда вернулись в комнату, то оказалось, что Дед Мороз уже приходил и оставил под ёлочкой подарки. Лёшка, правда, не понял, что это подарки от Деда Мороза и продолжал его по-прежнему ждать. И Дед Мороз пришёл ещё раз! Утром раздался звонок в дверь, мама воскликнула: «Дед Мороз пришёл!», папа побежал открывать, Лёша радостно засуетился, приговаривая: «Мороз, Мороз». И вот вошли дедушка Мороз со Снегурочкой в синих шубах. И тут Лёша испугался и даже отбежал, но ненадолго, скоро попривык. А когда Дедушка Мороз заговорил, то и вовсе успокоился и стал заинтересованно за ним следить. Надо сказать, Дед Мороз нам попался молодой, и он сам выглядел немного растерянным, наверное, не ожидал, что придётся общаться с таким маленьким мальчиком.
- Расскажи мне, Лёшенька, кто живёт со мной в лесу? – попросил Дед Мороз.
- Мыши! – тут же выпалил Лёша и замолчал. По маминой подсказке он сумел вспомнить ещё «заку» (зайку), но от волнения больше никого назвать не смог.
Подарок, который Дед Мороз вручил Лёше, был таким большим и тяжёлым, что малыш не мог его даже взять в руки. Это оказался строительный набор-автогородок из деревянных блоков, брусьев и даже моделей деревьев. На прощание Лёша сказал Деду Морозу: «До сяния, Мороз, добрый…»
Теперь постоянно вспоминает Деда Мороза, просит отвести к нему Лёшу. А на вопрос «так кто в лесу живёт?» отшучивается: «Котик…»

Мама нацепила на свой халат значок с изображением барашка. Опять новое слово и понятие. «Барашек… боюсь барашка…» И вправду боится. Даже погладить. Опять и опять звучит: «Барашек холёсий, боюсь барашка»…

Вчера заходил дядя Игорь, которого не было целый месяц. Он поразился тому, как пополнился Лёшин словарный запас за это время. Лёшка расстилался перед гостем скатертью – хотелось поделиться всеми новостями. Показал ему все свои новые игрушки, рассказал про Мороза и «седючеку» (Снегурочку), а когда терпеливо всё это выслушавший дядя Игорь не выдержал и отключился от Лёшиных проблем, Лёшка использовал главный козырь - залез на самый верх своей шведской лесенки и с высоты 2 метров воззвал: «Игорь! Игорь!»

Показывает что-нибудь и тут же раз двадцать назовёт. При этом ждёт подтверждения своим словам, что это именно «гуля», а не какая-нибудь другая птица. Не успокаивается, пока не скажешь, что да, это гуля. Хорошо, когда ясно о чём речь, но иногда звучит что-то совершенно невообразимое, и непонятно, что именно Лёша пытается назвать. Сегодня, к примеру, полчаса без остановки говорил: «дерюга… дерюга…» Так и не поняла, что это за дерюга такая. А когда не подтверждаешь, то начинает нервничать. Неправильные слова, например, «каки» (сказка) всегда исправляем.

Увидел папины часы, попросил меня:
- Одень.
- У папы спроси: можно одеть тебе часы или нет?
А у папы он уже, разумеется, спрашивал.
- Нет, - честно отвечает Лёша.

Человеку со стороны будет непонятен такой монолог: «Холёсий дядя… дисяния… лябочек Алёше». А мы с папой понимаем: Лёша вспомнил дядю Игоря, переживает, что он ушёл, но радуется, что тот принёс ему яблок».

Папа долго спит, не встаёт с кровати. Лёша его жалеет: «Папа болит… моточик» (моторчик).

Сегодня подошёл ко мне, ударил и прокомментировал своё действие: «Делюсь» (дерусь). Новое слово – новое действие. Интересно же! И за что попало – совсем непонятно.

Иногда лодырничает. Лень лезть под кроватку, чтобы достать горшок. В результате на полу – лужа. Зато снять штанишки и вытереть ими лужу – никогда не лень.


11 января 1991
Новые слова не всегда звучат правильно. Например, «брюки» - это в самом деле не брюки, а буквы, которые Лёша давно все знает. «Хабака» - это собака, «чекука» - картошка, «какакольчик» - колокольчик, «хобок» - хвост, а «тигар» - вовсе не тигр, это книга. Хоть словарь составляй!

В последнее время нравится включать-выключать бра. Выключит и оценит: «Холодно!»

Со всеми более-менее серьёзными травмами мама всегда обращается к соседке медсестре тёте Нине. Её приход успокаивает и отвлекает Лёшу от того, что болит. В последние дни стоит чуть-чуть обо что-нибудь удариться, а это случается на каждом шагу, бежит к двери и кричит: «К тёте Нине!»

Выучил слово «спасибо», употребляет его то там, то сям. Слово-заменитель, которое можно вставить совершенно некстати, и никто не обидится.

Ко мне довольно часто в последнее время приезжает неотложка, поэтому Лёша выучил мои анкетные данные. «Аболина Окана», - говорит он и указывает на меня. Позавчера смотрел книжку Льва Толстого. Она надписана моей фамилией. Ткнул в надпись: «Брюки!» (буквы) Понятное дело, знает, что эти буквы не на месте - в книжках карандашом писать не положено.
- Тут написано «Аболина», - говорю я.
- Аболина Окана! – звонко возглашает Лёша, тычет пальчиком в фамилию автора и повторяет. – Аболина Окана!
Маме, однако, лестно.

По-прежнему у Лёши все хорошие. Но к слову «хороший» он теперь непременно добавляет «обижать». Например, у папы «нога хорошая обижать», «домичек хороший обижать», «лёка (ёлка) хорошая обижать». Слово «обижать» для него означает «сломать», «сделать негодным». Говоря, что кто-то хороший, Лёша объясняет, что это хорошее нельзя ломать.


14 января 1991

Если раньше почти все понятия обобщались, то теперь они становятся всё конкретнее. Почти освоил новое и очень сложное слово «калькулятот» (калькулятор). До вчерашнего дня называл его «капутэр» (компьютер), а всего несколько месяцев назад любая техника была «биби». Растём, однако.
Уронил игрушку Чипполино. «Лёша, нельзя так делать, Чипполино больно». Бережно погладил куклу: «Почилино… к тёте Нине…»

Очень понравилась органная музыка Баха. Пластинка заканчивается: «Хочу музыку… больше». Один раз: «Дядя… Бах… музыка… Богу». Танцует под него, с ведёрком в руке.


15 января 1991

Новые достижения. Впервые безошибочно сложил все рамки Монтгомерси. А ещё научился считать до трёх. Понимает, когда одна вещь, две или три. И не только по шведской лесенке Лёша может залезать на самый верх спортивного уголка, но и по тяжёлой, верёвочной. А вот маленький трёхколесный велосипед, который принёс папа, нам не даётся. На педали нажимать трудно, проще идти, перебирая ногами по полу. Пока только так и получается.

16 января 1991
- Как маму зовут?
\- Окана Аболина.
- А тебя?
- Окана Аболина.
- Это маму так зовут. А тебя?
- Лёша Аболина.
- А папу?
- Папа Аболина.


- Цыц! – говорит папа.
У Лёши это слово звучит гораздо приятнее:
- Цыцулечки!


21 января 1991
На улице невесть откуда рядом с нами появилась огромная собака без поводка, намного выше Лёши. Я страшно испугалась и, стараясь не делать резких движений, предупреждаю:
- Осторожно!
- Обижать хобаку (не буду обижать собаку), - миролюбиво сообщает Лёша и тянет к страшному монстру руку.


22 января 1991
Не такой уж он и бесстрашный, наш Лёша, как может показаться в предыдущей записи. Сегодня испугался маленькой пластмассовой вороны. Пришлось его долго успокаивать и мне самой поиграть с ней, чтобы он попривык. Через несколько часов перестал бояться ворону, назвал её «алёна», покормил печеньем и, конечно же, на каждом шагу напоминает, что нельзя «обижать алёну… хорошая».
Каждое своё действие комментирует. «Отклываю коболечку» (открываю коробочку), «бегаю», «прыгаю».

Обижается на слово «малыш», не признаёт себя маленьким. Поэтому случаются такие диалоги:
- Лёша, ты малыш?
- Не малыш. Мама – малыш.


23 января 1991
Слушаем пластинки. Распереживался, слушая первый концерт Чайковского. Ещё бы, временами звучит громко, грозно. Попросил поставить «Бога» (Баха).

24 января 1991
Приговаривает: «Сорока-белобока, каку варила…» Конфуз, однако.

25 января 1991
Лёша на редкость спокойный ребёнок. Других таких я не видела. Вот сегодняшние наши приключения, по которым можно об этом судить.
Я ходила в магазин, папа был на лекции, Лёша оставался под присмотром тёти Нины, которая, зная, что он тихий мальчик, заглядывала к нему не слишком часто. Когда я вернулась, соседка сказала, что всё в порядке. Захожу в комнату. Лёша лежит в кроватке, тихо хнычет. Успокоила его и занялась хозяйством. Через час выбрала момент поиграть с ним. Он всё ещё лежал.
- Давай поиграем, Лёшенька!
- Нога… болит… сегодня… очень… - уныло-флегматичным тоном сообщает сын.
- Что с ногой? Вставай.
Пытается встать, но не получается. Помогаю, ставлю на ноги. Поджимает ножку. Ложится и грустно молчит. Приходит папа. Говорю ему, что у Лёши что-то с ногой. Папа тут же пытается его поставить, и опять всё повторяется. Спрашиваем, что случилось, отчего нога болит. Не рассказывает. Расспрашиваем соседку – она не слышала ни криков, ничего, даже не знала, что Лёша в кроватке. Вызываем неотложку, едем в больницу. Врач, видя какой Лёша тихий, даже не хочет делать рентген. Пытается его поставить на ноги, а Лёша стоять не может, заваливается. В конечном итоге, оказывается, что у него складчатый перелом бедреной кости. Откуда? Что случилось? Остаётся загадкой. Едем домой загипсованные, приходится ловить такси, так как нога в гипсе не влезает в комбинезон, а на улице холодно. Лёша с интересом смотрит в окно – не каждый день родители катают на машине.


А в это время в Ленинграде… Город бурлит. Изъяты из обращения 50- и 100-рублёвые купюры. С книжки нельзя снимать более 500 рублей в месяц. Закрыли тв-программу «Взгляд». А в магазинах по-прежнему сложно что-нибудь купить.

2 года 3 месяца


28 января 1991
Ни рисовать, ни даже обводить нарисованное, ни закрашивать специально для этого предназначенные картинки Лёшка не умеет. Карандаш нажимает слишком слабо – ничего не видно, а от ручки получается сплошная мазня. Сегодня впервые намазюкал что-то цельное, напоминающее большую фасолину, назвал эту фасолину «чекукой» (картошкой) и даже пытался её выесть из бумаги. А нет у нас дома картошки, нет!

В последнее время Лёшка начал шутить.
- Лёша, покажи, где у мамы носик?
- Нету, - отвечает сынок и хихикает.
- Нету?
- Нету, - уверенно отвечает Лёша, и вид у него при этом донельзя довольный.
- А это что? – показываю на свой нос.
- Носик, - честно сообщает Лёша и, подумав, добавляет: - Нету.

Появились странные страхи. Иногда сообщает, что боится какого-то крокодила под кроватью. Сегодня вдруг истерика и переживания: «Боюсь мачёку!» (матрёшку) – а ведь никогда её не боялся.

Вечером вспомнил об удачно нарисованной утром чекуке (картошке), попросил карандаш и бумагу, объявил, что нарисует другую чекуку и полный рвения приступил к рисованию. Намалевал кружочки, понаставил точки.
- Нарисовал картошку?
- Да.
- А теперь нарисуй яблочко.
Зачем рисовать что-то ещё, если можно выбрать яблоко из готового? Тычет пальцем в один из кружков:
- Вот она.
- А ягодку нарисуй.
Показывает на одну точку, другую, третью:
- Вот!
Импрессионист, однако.


29 января 1991
О вежливости. Думаю, что для Лёши слово «спасибо» ассоциируется не столько с проявлением вежливости, сколько обозначает, что человеку хорошо, приятно. Папа, уходя, целует Лёшу и слышит в ответ «спасибо».

30 января 1991
И снова о вежливости. Играл сегодня с Пашей. А я кидала со стеллажей, которые у нас высотой 4,5 метра, вниз книги.
- Маме помочь, - предложил Лёша.
- У тебя нога больная, - напоминаю я. – Ты сейчас помочь не можешь. Может, Паша?
- Да, - соглашается Паша.
- Спасибо, - говорит ему, опережая маму, вежливый мальчик Лёша.


4 февраля 1991
Вежливость вежливостью, но и грубить мы тоже научились. Лёша чем-то недоволен и обзывается: «Папа дурак». И тут же, конечно, попадает. Это случается редко, но как с этим справляться – ума не приложу.

А в кроватке с загипсованной ногой сидеть, ох, как надоело! Весь день самым жалобным и проникновенным голоском, на какой способен: «Хочу к мамочке!» А маме надо много-много печатать… Впрочем, Лёшке не столько к маме, наверное, хочется, сколько выбраться из своего кроватного заточения.


10 февраля 1991
Никогда не думала, что можно так скоро потерять уже приобретённые навыки. Вчера сняли с Лёши гипс. Всего-то две недели прошло, но ходить сын совершенно разучился. Поставишь его на ноги, а он заваливается. Если держишь за руку, ещё пару шагов рискнёт пройти, сильно прихрамывая, но как только отпустишь, ложится на пол и ползает, словно младенец. Насколько не хотелось сидеть в кроватке, настолько хочется теперь вернуться в неё обратно.

Пересказывает своими словами «Курочку Рябу», поскольку целые фрагменты пропускает мне приходится подсказывать:
- Итак, жили-были…
- Курочка-Ряба.
- А ещё дед и баба. И снесла им курочка…
- Ико (яичко).
- Какое?
- Не патое, а золотое.
- Дед… что делал?
- Дед бил.
- Баба…
- Била – не разбила.
- Кто бежал?
- Мышка бежала… в мышеловку… - а вот это уже творческая фантазия, навеянная фрейдовскими страхами.


11 февраля 1991
Вечером впервые в жизни Лёша был в цирке. Шло представление Филатовых с медведями. Места наши оказались возле оркестра. Мы боялись, что Лёшу испугает громкая музыка, когда погасят в начале свет – шумных звуков он вообще очень не любит. С удовольствием посмотрел оба отделения. На двух соседних местах сидела пожилая пара, они с большим интересом всё это время наблюдали за Лёшей. Действительно, смотреть со стороны на его непосредственную реакцию – радость, восторг, желание поделиться – одно удовольствие. Не в первый раз своим видом он «подкупил» совершенно посторонних людей. Но больше, чем даже слоны, которых Лёша никогда прежде не видел, ему понравилась обезьянка, с которой вместе он фотографировался в антракте.

Во время же антракта ходил по рядам, поднимал опущенные сидения кресел, которые тут же откидывались назад и уговаривал папу: «Папа, почини».


14 февраля 1991
Любимая игра теперь, конечно же, цирк. Со своим игрушечным зоопарком проводит помногу времени – переваривает впечатления.

Читать слова стал подолгу – в последний раз занимались целый час вместо отведённых для этого десяти минут, но не давал мне уйти, просил продолжить игру в карточки. Ещё бы! Он уже практически может прочитать почти любое слово.


16 февраля 1991
Подцепил от взрослых штамп.
- Как дела, Лёшка?
- Ничего, - машет рукой сын.


22 февраля 1991

- Лёшенька, ты кто?
- Колёбок, - отвечает в последнее время Лёшка.


23 февраля 1991
Выучил нехорошее, с точки зрения родителей, но такое удобное слово «нечаянно». Набедокурит, отстегнёт, например, молнию на моём рюкзаке и лезет вовнутрь.
- Лёша! – строго одёргиваю его я.
- Я нечаянно, - оправдывается Лёша и смотрит на меня с видом ангелочка.


Лёшка просыпается раньше нас, обычно сидит у себя в кроватке и тихо играет или рассматривает книжки, которых у него очень много. Сегодня просыпаюсь и слышу тихое бормотание:
- Гуси-гуси… да-да-да… Гуси-гуси… да-да-да… Хотите?.. да-да-да, - и так много раз.
В конце концов я не выдерживаю и поправляю:
- Есть хотите? Да-да-да.
Лёшка обрадовался, что я проснулась:
- Мама, садись!
- Я ещё посплю немного.
- Вставай, мама.
- Пожалуйста!
- Пожаааста, - жалостным тоном тянет Лёшка.
- 10 минуточек, - как школьница, которая не хочет вставать утром, умоляю я.
Лёша замолкает. Через несколько минут просыпаюсь и слышу, во что трансформировалось «Есть хотите? да-да-да»:
- Лёшенька хочет кушать, мамочка хочет кушать, папочка хочет кушать. – пауза, а затем нежно-нежно: - Мамочка, кушай… Папочка, кушай… - и ещё более тоненько и трогательно: - Лёшенька, кушай.
Моя совесть не выдержала, пришлось встать и отправляться готовить завтрак.


26 февраля 1991
Весь день просит у меня арбуз и ананас, которого, кстати, ни разу не пробовал. Где же я ему их возьму?

С первого марта обещают переход к рыночной экономике. Придётся ещё туже затягивать пояса. Сейчас у нас на троих 91 рубль, когда прожиточный минимум на одного – 160 рублей.

© Copyright: Оксана Аболина, 2012
Свидетельство о публикации №21207030134
Любое использование данного материала допустимо исключительно со ссылкой на авторский первоисточник

Tags: мемуары, творчество
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments