June 18th, 2013

gerb1

Гармонистка



День выдался жаркий, второе июня, температура поднялась до 33 С. Я вынырнула из прохлады метро в пекло Сенной и увидела в тени забора старушку-гармонистку. Одета она была явно не по погоде - старые кости трудно согреть. Гармонь на вид была ещё древней старушки.

Мысли и чувства, которые возникают всякий раз, когда видишь, как старики зарабатывают себе на пропитание, лучше, наверное, не озвучивать. А музыка, если пальцы не скрючены артритом и есть силы держать инструмент - далеко не худший из заработков...

Оригинал записи и комментарии на LiveInternet.ru

gerb1

Художественный монастырь (Школа Народного искусства)

Школа народного искусстваШкола народного искусства
(кан.Грибоедова, 2А)
Архитекторы: Безпалов И. Ф., Лансере Н. Е.
Годы постройки: 1914-1915
Стиль: Ретроспективизм (Петровское барокко)


Школу народного искусства, где обучались крестьянские девушки из 29 губерний, а также монахини и послушницы, основала императрица Александра Фёдоровна в 1911 году. В замысел императрицы входило возрождение русского народного прикладного творчества, переживавшего вследствие развития фабрик и мануфактур глубокий кризис. Кустарное производство под влиянием западной промышленности на глазах теряло свой уникальный облик.

В школе занимались самородки - лучшие мастерицы, найденные в деревнях. Оттого школу называли нередко "деревней в столице", а иногда - "художественным монастырём", ведь здесь обучались изографии, церковному шитью, искусству фресок. Бенуа называл школу "женским университетом фольклора". Он говорил, что Школа - ""огромный улей, в котором с утра до ночи кипит работа. Куда ни откроешь двери, всюду во всем этом уютном светлом помещении сидят милые, совсем юные девушки и девочки, которые заняты разнообразным рукоделием. И вся эта молодежь неумолкаемо поет, не потому, разумеется, что так приказано, а потому, что ей радостно на душе".


На снимке Николай II при закладке здания школы, фотография Карла Буллы.


В школе обучались три года, воспитанницы отправлялись в ежегодные командировки с целью проверки умения самостоятельно организовать работу в художественных мастерских, создать соответствующее кустарное производство и уметь воздействовать на своих будущих учеников, а затем был один год практики.

По окончании Школы выпускницы должны были основать на местах мастерские по избранному ремеслу, с высокой степенью ответственности учить новое поколение секретам народной вышивке, ткачеству, крашению, искусству финифти, а также иконописи.

Кроме того, в Школе читались краткие обзорные курсы лекций. Например: счетоводство, гигиена, естествоведение (естествознание), народоведение (отечественная история). Существовали классы хорового пения (по желанию), большое внимание уделялось физическому развитию (гимнастика).

В 1915 году Школа впервые нашла постоянное пристанище - на Екатерининском канале. Помещение для неё подбирал Николай II. Государь стремился вписать новую школу в духовный центр Петербурга. Из каждого окна школы были видны храмы – Казанский собор, церковь Конюшенного ведомства, Пантелеймоновская за Фонтанкой, кресты церкви Зимнего Дворца, а за Невой – Петропавловский собор.

Увы, до революции оставалось всего два года... Впоследствии тут находилось студенческое общежитие. В наше время здесь опять помещается Школа Народных Искусств, имеющая статус института.

Основная информация: отсюда


Школа народного искусства


Школа народного искусства

Оригинал записи и комментарии на LiveInternet.ru

gerb1

Горький на Соловках

Мы все обрадовались — все заключенные. «Горький-то все увидит, все узнает. Он опытный, его не обманешь. И про лесозаготовки, и про пытки на пеньках, и про Секирку, и про голод, болезни, трехъярусные нары, про голых, и про „несудимых сроках“… Про все-все!» Мы стали ждать. Уже за день или два до приезда Горького по обе стороны прохода в Трудколонии воткнули срубленные в лесу елки (для декорации). Из Кремля каждую ночь в соловецкие леса уходили этапы, чтобы разгрузить Кремль и нары. Персоналу в лазарете выдали чистые халаты.

Ездил Горький по острову со своей «кожаной спутницей» немного. В первый, кажется, день пришел в лазарет. По обе стороны входа и лестницы, ведшей на второй этаж, был выстроен «персонал» в чистых халатах. Горький не поднялся наверх. Сказал «не люблю парадов» и повернулся к выходу. Был он и в Трудколонии. Зашел в последний барак направо перед зданием школы. Теперь (80-е гг.) это крыльцо снесено и дверь забита. Я стоял в толпе перед бараком, поскольку у меня был пропуск и к Трудколонии я имел прямое отношение. После того, как Горький зашел, — через десять или пятнадцать минут, из барака вышел начальник Трудколонии, бывший командарм Иннокентий Серафимович Кожевников со своим помощником Шипчинским. Затем вышла часть колонистов.

Горький по его требованию остался один на один с мальчиком лет четырнадцати, вызвавшимся рассказать Горькому «всю правду» — про все пытки, которым подвергались заключенные на физических работах. С мальчиком Горький оставался не менее сорока минут (у меня уже были тогда карманные серебряные часы, подаренные мне отцом перед самой первой мировой войной и тайно переданные мне на острове при первом свидании). Наконец Горький вышел из барака, стал ждать коляску и плакал на виду у всех, ничуть не скрываясь. Это я видел сам. Толпа заключенных ликовала: «Горький про все узнал. Мальчик ему все рассказал!»

Затем Горький был на Секирке. Там карцер преобразовали: жердочки вынесли, посередине поставили стол и положили газеты. Оставшихся в карцере заключенных (тех, кто имел более или менее здоровый вид) посадили читать. Горький поднялся в карцер и, подойдя к одному из «читавших», перевернул газету (тот демонстративно держал ее «вверх ногами»). После этого Горький быстро вышел. Ездил он еще в Биосад — очевидно, пообедать или попить чаю. Биосад был как бы вне сферы лагеря (как и Лисий питомник). Там очень немногие «специалисты» жили сравнительно удобно.

Больше Горький на Соловках, по моей памяти, нигде не был. Горький со снохой взошел на «Глеба Бокого», и там его уже развлекал специально подпоенный монашек из тех, про которых было известно, что выпить они «могут»…

А мальчика не стало сразу. Возможно — даже до того, как Горький отъехал. О мальчике было много разговоров. Ох, как много. «А был ли мальчик?» Ведь если он был, то почему Горький не догадался взять его с собой? Ведь отдали бы его… Но мальчик был. Я знал всех «колонистов».

Но другие последствия приезда Горького на Соловки были еще ужаснее. И Горький должен был их предвидеть.

Из воспоминаний Дмитрия Лихачева (целиком здесь)

Оригинал записи и комментарии на LiveInternet.ru

gerb1

Они что, вообще хотят центр Петербурга снести нафик?


Посмотреть на Яндекс.Фотках

Российская Федерация выступила с предложением исключить из состава объекта всемирного наследия «Исторический центр Петербурга и связанные с ним группы памятников», охраняемого ЮНЕСКО, центры практически всех пригородов — Пушкина, Павловска, Гатчины, Петродворца, Стрельны, Ломоносова, рассказал сегодня на заседании комиссии по образованию в ЗакСе глава фракции «Справедливая Россия» Алексей Ковалев.

По его словам, такое письмо в комиссию ЮНЕСКО направило российское Министерство иностранных дел. Как полагает депутат, инициатором уточнений выступило петербургское правительство. Ранее эта инициатива публично не обсуждалась и для городских депутатов и градозащитников стала полной неожиданностью.

Также в предложении, направленном Российской Федерацией, отсутствуют многие исторические усадьбы и дачи пригородов, Кронштадта, Матросская и Солдатская слободы Павловска. А включение в объект всемирного наследия таких составляющих, как Баболовский, Александровский, Фермерский и Отдельный парки Пушкина, «Зверинец» и Мариенталь в Павловске, парки в Петродворце и Сестрорецкий завод, поставлено под вопрос, уверяет депутат.

«Это предварительный, а не рабочий документ. Он не будет утверждаться и рассматриваться на этой сессии ЮНЕСКО (проходит с 16 по 27 июня 2013 года в Камбодже. — Ред.)», - заверил собравшихся начальник управления зон охраны объектов культурного наследия КГИОП Алексей Михайлов. Однако депутатов и градозащитников такое утверждение не успокоило.

Комитет ЗакСа направил решение с выражением "глубочайшей обеспокоенности" по этому вопросу губернатору Петербурга Полтавченко, в Минкультуры и комиссию РФ по делам ЮНЕСКО.

отсюда

Оригинал записи и комментарии на LiveInternet.ru